Николай Майоров

«Эгоизм — удел богатых, удел бедных — альтруизм» — Пётр Квятковский. Скажите, вы когда-нибудь сталкивались со следующим внутренним диалогом? Вот, к примеру, вы помогли незнакомцу поднять тяжёлую сумку в метро, или подали милостыню просящему на улице, или отправили энную сумму денег в благотворительный фонд, или хотя бы просто уступили место в очереди — и вот, после этого, внутри разливается приятное, тёплое чувство: «Я молодец, я сделал что-то хорошее, заработал очки для кармы». И в этот момент, когда вы об этом подумали, не появляется ли следующая мысль: «А не для этого ли чувства всё и было? Не сделал ли ты это хорошее дело в конечном счёте лично для себя, чтобы вновь ощутить себя хорошим человеком?» «Милостыня развращает и подающего, и берущего, и, сверх того, не достигает цели, потому что только усиливает нищенство» — Ф. М. Достоевский Этот внутренний спор — один из самых старых в истории человеческой мысли. Существует ли бескорыстие на самом деле, или любая наша доброта, это всег

Вы когда-нибудь замечали, как дети копируют взрослых? Не только слова, но и интонации, жесты, манеру хмурить брови или вздыхать, глядя в телефон. Это мило ровно до тех пор, пока объектом для подражания не становится агрессия. И здесь мы подходим к главному вопросу, который психолог Альберт Бандура решил проверить самым прямым способом в 1961 году: если ребенок увидит, как взрослый бьёт куклу, станет ли он делать то же самое? Ответ, как вы уже догадались, — да. Но давайте обо всем по порядку, потому что эксперимент с куклой Бобо — это не просто история про удары по кукле. Это история про зеркала, в которые мы смотримся, и про то, как легко тьма перетекает из одного сосуда в другой, особенно если один из сосудов — еще не до конца сформировавшаяся детская психика. Альберт Бандура пригласил 72 малышей из детского сада при Стэнфордском университете. Их разделили на группы. Первой группе показывали взрослого, который спокойно играет с конструктором, игнорируя большую надувную куклу. Другим —

Вы наверняка знаете такого человека. Или даже нескольких. Они жалуются на работу, но отвергают любые предложения о смене места. Они плачут от одиночества, но когда кто-то пытается с ними познакомиться, они выстраивают стену. Им предлагают помощь или решение, а они находят десять причин, почему это не поможет и не сработает. Айн Рэнд в романе «Источник» дала одну из самых чеканных формулировок подобного состояния устами своей героини: «...я отказываюсь быть счастливой в их мире. Я принимаю страдание». Почему человек принимает страдание как единственно возможную форму существования? Потому что страдание честно. Оно не требует от нас закрывать глаза на несправедливость, пошлость, жестокость или банальное несовершенство окружающей действительности. Быть несчастным в несовершенном мире — это логично. Это доказывает, что у тебя есть вкус, нравственное чутье и ты не смирился с несправедливостью и негативом. Некая форма протеста. А быть счастливым в том же самом мире — это как будто поставить

Сначала, как обычно, словарное определение. Слово произошло от от лат. meritus — «достойный» и греч. kratos — «власть», «правление», то есть означает "власть лучших". Формулировку придумал британский социолог Майкл Янг в 1958 году в - внимание - АНТИУТОПИИ «Возвышение меритократии», где развил идеи Герберта Спенсера, английского идеологи либерализма 19 века. Я, признаться, от либералов ни одной жизнеспособной идеи никогда не слышала, так что не удивительно, что меритократия появилась именно в антиутопии, т.е. в том, что весьма реалистично и приводит не к благоденствию, а в точности наоборот. Ну посудите сами. Власть лучших - это тот самый посыл "равных возможностей", при котором старт - происхождение и начальный капитал - просто игнорируются. Неравенство начинает казаться естественным и справедливым: «Я же смог, значит, и они могли, просто плохо старались». То есть люди, изначально родившиеся не во дворцах, без наследства и "волосатой лапы", и поэтому не сумевшие достичь некоего резуль

В жизни не думала, что напишу эту статью. Ну казалось бы, какой тут может быть подвох?! Ведь стремление к знаниям - это замечательно! И я сейчас не говорю про обучение "как стать женственной женщиной" или "как приманить деньги" - эти с позволения сказать курсы никакого отношения к обучению не имеют. Я про обыкновенные курсы, коих полно на Ю- и Рутубе, ВК и прочих ресурсах. Вопрос в качестве обучения. Ведь чтобы выложить обучающий ролик в интернете не нужно предъявлять никаких документов о собственной квалификации. Говори что хочешь с уверенным видом, и народ будет воспринимать тебя как гуру. Первыми уже пострадали собачники: эта нынешняя "позитивная кинология" стольких бед уже наворотила, что перечислять неохота. На канале "Собака с кинологом" примеров хватает. Да и я, когда со своей гуляю, тоже слушаю всякое. То же самое с людьми. Ладно если тренер читает какую-нибудь классику типа Питера Друкера или Филипа Коттлера. Ладно если тренер какую-то модную тему продвигает типа Спиральной ди

Сразу оговорюсь: в официальной психологии такого диагноза нет. «Синдром главного героя» — это скорее термин из популярной психологии и поп-культуры. Простыми словами, это склонность воспринимать свою жизнь как сюжет фильма или книги, где человек — центральный персонаж, а окружающие — второстепенные фигуры. Впервые термин прозвучал, кажется, у писателя Джонотана Франзена, который писал, что технологии создают культуру самовлюбленного шума, где каждый только вещает, но никто не готов принимать сигнал. На самом деле все еще хуже. Человек с "синдромом главного героя" убеждён, что все происходящие вокруг события имеют особое значение и направлены именно на него. Даже мелкие ситуации он может драматизировать и встраивать в «сюжет» своей жизни. Человеку становится сложно сосредоточиться на чувствах и проблемах других, разговоры часто сводятся к обсуждению собственных достижений или трудностей вплоть до обесценивания чужого опыта («Да, у всех так, но у меня-то!»). Он делает это не из вредности