Психолог Юлия Зубенко - Ресурсы внутри

«Здравствуйте, Юлия. Хочу выразить вам искреннюю благодарность за вашу работу и за вашу откровенность в обсуждении сложных тем.  Вы неоценимо помогаете мне справляться с внутренней тьмой и интегрировать её в личную терапию.  Ваша работа даёт мне легитимность моим переживаниям и укрепляет ощущение, что со мной всё в порядке.  Как вы верно отметили в одном из своих постов, «не ребенок ненормальный, а обстановка в детстве, где он рос, была ненормальной». Так вот, я постоянно ощущаю себя так, будто всех обманываю.  Взаимодействие с людьми в обществе отнимает колоссальное количество сил.  Я избегаю близости, опасаясь, что собеседник вот-вот «раскусит» мою притворную нормальность.  Я первым завершаю отношения, чтобы избежать всепоглощающего стыда, который возникает при контакте с людьми, живущими своей жизнью и чувствующими себя раскованно. В моей жизни всё находится под строгим контролем, будто встроенная в мою голову скрытая видеокамера наблюдает за мной со стороны, чтобы я не выделялся

Давайте разберемся что такое самооценка и из чего она произрастает в психике. Ранний опыт взаимодействия с первичным объектом любви, чаще всего матерью, формирует у ребенка первичный образ себя, который потом через взаимодействие в семейной системе уже закрепляется и доформировывается. То, как видела вас мама, своим внутренним взглядом, как она вас ощущала, чувствовала, так сейчас вы к себе и относитесь. Этот образ, в свою очередь, становится основой для его самооценки.  Если ребенок в младенчестве получал достаточное количество безусловной любви, принятия и эмоциональной отзывчивости, он формирует внутреннее ощущение собственной ценности, значимости, важности просто по факту рождения через расслабленное и безопасное пространство рядом с первым объектом любви. Это ощущение становится той самой «внутренней опорой», которая позволяет ему справляться с жизненными трудностями и строить здоровые, безопасные, тёплые отношения в дальнейшем. В случае же дефицита эмоционального контакта, пре

Дочь — это отражение материнской тени, в глубинах которого зачастую таится собственная непризнанная ненависть размещенная в дочери. Эта теневая сторона, маскируясь под заботливое желание наилучшего будущего для ребёнка, проявляется на поверхности как постоянное недовольство ребёнком который должен оправдывать чаяния и поддерживать хороший образ через себя родительской реализованности и состоятельности. Однако, кто, как не собственная мать, способна на такую всеобъемлющую атаку  на личность, представленную под видом искреннего беспокойства? Неосознанно травмированная мать будет стремиться к тому, чтобы дочь не превзошла её, не обрела большего счастья, не достигла выдающихся успехов.  И, что ещё хуже, она будет противиться тому, чтобы дочь покинула пределы родовой системы и начала выстраивать собственную, полноценную и приносящую удовлетворение жизнь. Этот сложный феномен, когда мать неосознанно проецирует свои нереализованные амбиции на дочь, обхаживает свои страхи, тревоги, дефициты

Если ребенок способен довести родителя «до белого каления», вывести его из равновесия, испортить настроение или даже, в крайних проявлениях, «довести до могилы», это свидетельствует об отсутствии рядом с ребёнком зрелой взрослой фигуры.  Особенно трагично, когда в своем горе и нужде ребенок оказывается один, не имея возможности разделить свои чувства с кем-либо, получить поддержку и защиту. Когда не кому рядом разместить в свою психику детские аффекты, тогда они накапливаются и к пубертату будет уже заметен уровень разрушения.  Вся эта не переработанная ярость взрослой психикой направится внутрь уже против самого ребенка в виде психосоматических расстройств, аутоиммунных заболеваний, ожирения, РПП, зависимости, депрессии, ранних половых связей, девиантного поведения, аутоагрессии. Это когда не остаётся в психике сил просто жить, все либидо направляется на удерживание ярости внутри которая так и не переработалась  через психику взрослого в чувства и эмоции.  Внутри месиво, такой психот

Травмированный человек переполнен яростью и ненавистью к миру и окружающим, охвачен «праведным гневом». Этот гнев служит маской для садистских или мазохистских наклонностей, которые проявляются как демонстративное негодование по поводу несоблюдения другим человеком «норм». Сам же травмированный человек, в силу своей внутренней дефицитарной организации, внутренне не способен «нарушать» эти

Как один из вариантов, ребенок с сильным темпераментом может превратиться в эмоционально холодного, недоступного трудоголика. Такой выросший в дисфункции мужчина, обладая статусом, деньгами и властью, не сможет обеспечить женщине близость и эмоциональную связь, что неизбежно приведет к ее страданиям и неудовлетворенности. Бессознательно женщина может начать наказывать партнера своим телом:

Простить родителей, это не значит простить для галочки, потому что есть идея, что враждебность и гнев разрушителен, либо чтобы только не испытывать сжигающей вины внутри, опираясь на социальную  идею «проработанный и исцелившийся человек , это тот кто простил  и принял своих родителей», потому что тяжело себя воспринимать не благодеятельным и не благодарным за те крупицы любви которые оставила

Невыраженные страдания, неоплаканное  горе, подавленные эмоции в конечном итоге всегда находят выход, трансформируясь в физические недуги. То, что не находит переработки в психике, тело вынуждено «переваривать» самостоятельно, проявляя это через телесные, симптомы. И чем больше в психическом неоплаканного, тем серьезнее заболевания тела. Тело, подобно самому любящему родителю, принимает на себя

Женщины, склонные к доминированию и стремящиеся изменить партнера, часто обладающие сильным нарциссическим радикалом, нацелены на подавление. Нередко неосознанно они ищут не спутника жизни, равного партнера, в которого стоит вкладывать любовь и силы для построения отношений, когда угасает влечение. Вместо этого они ищут объект для завершения незавершенных детских сценариев. Подобное поведение