Реальная жизнь

Людмила Райкова. Глава 36. Чуров мужик конкретный. Так что к КПП его джип и Рено Глеба подъехали с разницей в две минуты. Пожали друг другу руки. Глеб поехал первым, отыскивая парковку, которую нельзя увидеть из окна квартиры. Поставили машины в соседнем дворе. Выгрузились. Больничные сумки оставили в багажнике. Единственное что взяли, семь маленьких колхозниц. Не женщин, а оранжевых дынек, похожих на большой апельсин. Пока Глеб закрывал машину, Лёнька присел на лавочку у ближайшего подъезда. После ландшафтных работ прошлым летом, такие удобные деревянные сидения стояли повсюду, радуя глаз обитателей городка. И что интересно, за год ни одна не исчезла. По банальной причине их к асфальту прикрутили массивными болтами. Чуров, пару раз даже этим летом приезжал в гости, но на такую мелочь как лавочки у подъезда, внимания не обращал. Он и сейчас бы спокойно прошёл мимо, если бы не Лёнька. Он не просто присел на скамейку, а вцепился в неё мёртвой хваткой. От напряжения даже побелели костяшки

Людмила Райкова. Глава 34. Как же дома хорошо. Тишина, никто ни на что жалуется. Даже гора посуды в раковине не сбила состояние эйфории. Мане казалось, что она долго пре-долго шла домой. Наконец добралась и всякие хозяйственные огрехи в виде не прибранной постели или горы грязной посуды, не могут испортить удовольствия встречи с родными стенами, уголками, мебелью. До трёх часов ещё целых 90 минут. Маня ставит на огонь сковородку с водой, заливает в неё подсолнечное масло и принимается за лук с морковью. В готовую юшку она положит замороженные куски филе рыбки и цветной капусты. И через тридцать минут любимое блюдо Глеба будет переложено в контейнер и обернутое полотенцем, чтобы доехало до больницы хотя бы теплым, будет ждать Жэку. Пока всё закипает Маня намывает посуду. И понимает, что чего-то не хватает. Проверяет всё ли заложила для тушения рыбы под крышку. Всё, даже лавровый лист с сушёными травками. Потом соображает – не хватает новостей. Маня включает телевизор. Одно дело читать и

Людмила Райкова. Глава 33. Маня слушает гостя под камнем тотальной секретности. - Я тебе не рассказывал, как по дороге сюда машину заправлял? Она мотает головой и боится проронить хоть слово. А по-другому проколется. Лёньке нельзя говорить, что сюда с минуты на минуту пожалует Костик. Глебу ни в коем случае даже заикаться, что прибыла конспиративно погостить Ленка. Чурову про то, что Лёнька с Ленкой встречались. Даже соседке Але, пришлось врать, что гостей понаехало полный дом, а Мане даже прилечь негде. Та конечно давай выяснять кто такие, и почему так внезапно явились? Вопрос закономерный. Аля тоже недавно принимала племянницу с сыном. Так Маня об этом узнала аж за три недели. У племянницы страшная аллергия на табак. Аля заранее договаривается, что раз в два часа будет спускаться к ним на перекур. Потом предполагает, что у Мани надо держать комплект запасной одежды. Посидели втроём, выкурили штучки по три, позубоскалили. Не идти же домой, насквозь прокопчённой табачным дымом. А так,

Людмила Райкова. Глава 32. Притормозив у родной двери Маня сомневается. Удачно сбежала от Али, та даже не пошевелилась и ни один из котов не выскользнул на лестницу. Она собиралась зайти домой, но не решилась. За дверью стояла плотная тишина, а по другую сторону Маня, опутанная сомнениями. Есть всё же разум во Вселенной, раз не выходит с ней на контакт. Особенно здесь, под дверью. Так и не приняв решение, Маня решила выйти на улицу присесть на лавочку и подождать, что подскажет ей этот внешний разум, который многие называют интуицией. Разум долго молчал, а потом голосом Мигаря попросил пару сигарет. Маня даже оборачиваться не стала. Сосед героически нашёл через объявление пункт мобилизации, где обещали, что он будет водителем. Неделю назад доехал до него и подписал контракт. Там, в отличие от московских придирчивых докторов, лётчика-аса признали годным водить автомобили по фронтовым дорогам. Неделю освежали в памяти навыки стрельбы, ползания и выбора укрытий от дронов. О мужском поступ

Людмила Райкова. Глава 31. Утром глаза шарят по незнакомому потолку, мебели. Под тяжёлым одеялом жарко, Маня высовывает ногу и тут же вскакивает. Рядом с диваном сидит изящная чёрная кошечка, она и прикусила бедолагу за палец. Ясно. Вчера она напросилась на ночлег к Але. Лёнька приехал после обеда. Маня выполнила хозяйский долг – заварила чай, выставила на стол всякие печенюшки. Ознакомила парочку с запасами в холодильнике и часа на три отправилась на дачу. Как всегда, с купальником и полотенцем в рюкзаке. Но в тёплых шортах курточке и с зонтом. Знала бы как всё обернётся – добавила бы в свой мешок и пижамку. Ну кто мог предположить, что Лёнька останется на ночёвку. Написал – сил и желания ехать домой нет. Если Алла спросит, пусть Маня скажет, что у Глеба с венами осложнение и он второй раз отправился в больницу, чтобы подежурить у постели брата. Маня хмыкнула, знает в чьей постели Лёнька усердно дежурит. Странные существа эти мужчины. Вчера был уверен, что бывшая заказала его киллеру,

Людмила Райкова. Глава 30. Киево-Печерская лавра горит. Кстати, за свою историю не первый раз. Возгорание произошло на крыше Успенского собора. Маня жарит гренки и смотрит репортаж. Дробные кадры крупным планом. Спины пожарников со шлангами, машины красного цвета. Зе тут же обвинил Россию. Мол на словах защищает христианство, а на деле бьёт по главному символу веры и Руси. На сковороде шипят румяные ломтики булки, Ленка, укутанная по самую голову одеялом спит на кровати Глеба. На лбу испарина. Пухлые губы приоткрыты. Вечером Маня злилась на секретную гостью-подкидыша. Накуролесила, где могла заложила мины раздора, не баба, а чистая ведьма. Особенно, Маню обидела роль Ленки в раздоре с Юлькой. Именно они с Вадиком живописали их жизнь в Латвии. Называли «убогой», дом на хуторе «халупой». Машины – дырявыми вёдрами. Одежду – лохмотьями. По меркам москвичей, которые из кожи вон лезли, чтобы хоть издали казаться если не олигархами, то близкими к ним персонами. И дом, и машины, и прикид, всё

Людмила Райкова. Глава 29. Первым сюрпризом дня, был кактус. Два колючих отростка теснились в одном крохотном горшочке. Четыре года назад комендант Ольга всучила Мане растения. Они тогда первый год жили в гарнизоне и Мане для обустройства быта требовалось всё. Ольга поучаствовала колючками, размером с фалангу мизинца. Маня послушно посадила их в горшок. И прилежно перетаскивала из одной квартиры на другую. Подоконники скоро зацвели геранями и розами. Колючие колонны поправились и втянулись до 20 сантиметров в высоту. Один опасно завис с краю горшка, Маня поняла, что пора колючки рассадить. Принесла дополнительный горшок, и тут увидела между колючек крохотные розовые прыщики. Без очков приняла их за упавшие лепестки цветка герани, под которыми стоял кактус. Наверное, лепестки осыпались и нанизались на колючку. Протянула руку чтобы снять, и схлопотала занозу. Потом вооружившись очками поняла, что между колючками два крохотных бутончика. Переезд в новый горшок пришлось отложить. И целую н

Людмила Райкова. Глава 28. Лёнька на подробный Манин отчёт о кратком общении с экс-супругой, все 20 минут реагировал молча. Ни одного уточняющего вопроса, ни даже намёка на эмоциональную реплику. Маня даже несколько раз уточняла: «Ты здесь?». И только когда, завершая повествование она описала, как Ленка сиганула через метро́вую старую деревянную калитку, не без восхищения отметил: «отличная физическая подготовка. Не зря столько лет тренировалась.». Маня ждала, что Лёнька спросит, и как с ней теперь связаться, но он не спросил. Попрощавшись, она вопросительно посмотрела на мужа. Дескать, что ты обо всём этом думаешь. На молчаливый вопрос благоверной, Глеб пожал плечами и ответил: - Пусть Лёнька сам теперь думает, что делать и как. Он один знает, чем бывшая ему отомстить готова. Чуров считает, что Ленка опять выйдет на связь. Уточнить, передали ли бывшему её предложение. И что он ответил. А ещё следователь предположил, что бывшая невестка или сняла неподалеку жильё или остановилась у зна

Людмила Райкова. Глава 27. Даша прислала ролик. Восьмимесячный Гордей ползает на перегонки с псом патроном. Пёс описывает круги вокруг Гордюши, подгоняет малого лаем. Гордей тоже мямлет «ав» и виляет попкой в памперсе. Даша жена племянника, который сейчас на СВО. Ребята поссорились и Маня ездила их мирить. Теперь регулярно получает от невестки разные снимки и ролики про своего первенца. Чем чрезвычайно радует двоюродную бабушку. Есть у Мани помимо родных, ещё пара приёмных внуков. Они здесь в Москве, но эта невестка фотками не балует. Маня детей любит, но по мнению родной дочери, уж слишком. Потому что балует их так, что родители после общения с бабулей, не могут найти на чад управу. Под «управой» Юлька с зятем понимают тихое и долгое сидение за компьютером и мгновенное и беспрекословное исполнение их приказов, стоит беднягам попасться родителям на глаза и оторвать их от собственных смартфонов. Маня конечно, утрирует, но не слишком. Она бы воспитывала ребят весёлыми, хулиганистыми. Что

Людмила Райкова. Глава 26. Эсэмэски Маня вообще не отслеживает. И на звонки то реагирует, через час. Особенно, когда на даче – телефон отдельно в доме, а она путешествует по грядкам. Высадила в высокие грядки помидоры, те что поменьше. Толку с них, наверное, не будет, но так, хотя бы шанс. Те что в теплице, тоже не особенно радуют. Поставили дуги, набросили укрывной материал. Пошла проверила. Как солдаты стоят в тенёчке. Муравьи вокруг помидорных деревьев деловито шастают. Ничего их не берёт! Маня вспоминает свою латышскую квартиру. Первые два года они хотя бы зимовали в городе. А потом в соседний подъезд въехала молодая цыганская пара. Зинтра, старшая по дому, встречает Маню расстроенная. - Всё! Пропал дом! Его теперь буду все, цыганским называть. Маня не понимает, чего печалиться. Не кибитки же во дворе поставили. Муж с женой квартиру купили, как все. Ремонт сделали, окна намыли. Вон занавески повесили. Зинтра отмахивается. Мол вам то что уехали к себе на хутор, тишина, спокойствие.