Тульская Апельсинка | Заброшки и путешествия

Тула ждала этого больше полувека. Патриарх Кирилл совершил великое освящение Успенского храма. Уже на следующий день двери собора открылись для всех. Я, перехватив кофе в лютеранской церкви, сразу отправилась за кремлевские стены, чтобы увидеть храм своими глазами. Реставрация собора с перерывами длилась рекордные 60 лет. Первые леса здесь выросли аж в 1965 году. Храм, построенный в эпоху Екатерины II, успел пережить и угрозу сноса в тридцатых, и склад промтоваров в шестидесятых, который беспощадно ушатал нижний ярус уникальной живописи. То, что мы видим сегодня, — это не просто реставрация, а настоящее чудо спасения. Первое, что обращает на себя внимание — это цвет. Собор покрасили в редчайший для церковной архитектуры нежно-сиреневый оттенок. В сочетании с белым барочным декором и золотыми куполами это выглядит невероятно нарядно и как-то очень по-весеннему. Сам собор — удивительный архитектурный компромисс. Тульские купцы, на чьи деньги он строился в 1762–1764 годах, очень х

Если от точки до точки ехать всего восемь часов, нормальный человек выбирает самый короткий путь. Но нам обязательно нужно удлинить маршрут, впихнуть в день всё, что хоть как-то помещается в световой день, и припереться домой глубокой ночью — уставшими, но с чувством, что прокатались не зря. После десяти дней дороги по Карелии мы были уже никакущие. Честно — хотелось просто доехать. Ведь когда мы ещё окажемся в окрестностях Вологодской области? Вопрос риторический. Так что гуглим красивые места поблизости, строим маршрут «на вырост» — и среди прочего мне попадается фотография храма, который выглядит… слишком хорошо для этих мест. Храм Спаса Нерукотворного Образа стоит в селе Кукобой. Формально — Ярославская область, хотя от Ярославля до него почти 160 километров. По ощущениям — вообще отдельный мир. Стоило только выйти из машины, как ко мне подбежала кошка, уверенно, как к хорошей подруге, которую давно ждала. Запрыгнула на руки, уткнулась носом и дальше сопровождала меня по территори

Представьте: вы сворачиваете с трассы, проезжаете ничем не примечательную деревню Подмоклово и вдруг упираетесь... в ожившую картину Рафаэля. Среди привычных пейзажей Оки стоит идеальная итальянская ротонда, окружённая статуями апостолов. Это храм Рождества Пресвятой Богородицы. Исторически эти земли относились к Тульской губернии, но сейчас географически это Московская область (буквально на границе регионов). В начале XVIII века село Подмоклово принадлежало князю Григорию Долгорукову — сподвижнику Петра I. Князь много путешествовал по Европе в составе Великого посольства и остался в восторге от итальянской архитектурой. Вернувшись, он решил построить в своей глуши нечто невиданное. Проект храма-ротонды Долгоруков привёз прямиком из Италии. В православии такие круглые церкви с открытыми аркадами были, мягко говоря, не приняты, а украшать стены человеческими скульптурами и вовсе считалось жутким грехом. Но Пётр I европейские замашки одобрял - это мы видим и по выросшему храму с "корон

Давайте начистоту. Когда мы слышим слово «Парнас», в голове сразу рисуются бесконечные ряды новостроек, курьеры на электровелосипедах, пронизывающий ветер и очереди за шавермой. Но стоит вам сделать шаг в сторону от бетонных джунглей, и вы проваливаетесь в портал. Добро пожаловать в Шуваловский парк. Место, где имперские амбиции слились с европейской готикой, а масонские тайны скрыты прямо у нас перед носом. В основе самых красивых петербургских историй всегда лежит чья-то разбитая вдребезги жизнь. В 1820-х годах хозяйкой этих земель (принадлежавших роду Шуваловых еще со времен Елизаветы Петровны) стала графиня Варвара Петровна Шувалова. Женщина невероятных страстей и таких же амбиций. Похоронив первого мужа, она уехала за границу и встретила там его — швейцарского француза, красавца графа Адольфа Полье. Это была любовь, от которой искрило всё светское общество. Супруги вернулись в Петербург, наняли садовника Петра Эрлера и начали превращать дикий лес в роскошный пейзажный парк. Но сча

Бывало у вас такое: едете в полночь по глухой дороге, вокруг кромешная тьма, и вдруг фары выхватывают из темноты силуэт заброшенного советского Дома культуры? В голове в этот момент, конечно, всплывает вполне здравая мысль: «Место интересное, приеду-ка я сюда лучше днём». Но всплывает она, когда ты уже стоишь посреди полуразрушенного холла, под ногами прогнивший пол, потолок над головой держится на честном слове, вокруг звенящая ночная тишина, а из угла на тебя очень серьёзно глядит... дедушка Ленин. Примерно так я и оказалась в этом ДК. При свете фонаря смотреть там было особо не на что, но два артефакта буквально заставили меня вернуться сюда при свете дня. Это тот самый Ленин и... абсолютно внезапный в этих руинах розовый телевизор. Вернулась я сюда, правда, не специально. Снова проезжала мимо по делам и вспомнила, что остался незакрытый гештальт. Дневной осмотр магии не прибавил: нового практически ничего не увидела. Разве что при свете солнца заметила в поваленных шкафах ост

Ну скала, ну какие-то мелкие серые силуэты у дороги - казалось, что это очередной распиаренный пятачок ради галочки, где делать совершенно нечего. На деле всё оказалось интереснее, масштабнее и залипательнее, чем на плоских картинках из интернета. Камера вообще не передает этот объем. Эта локация находится прямо у федеральной трассы «Кола», примерно в 20–30 километрах от Петрозаводска. Огромная отвесная скала тянется вдоль дороги метров на двести. Изначально она была «украшена» классическим дорожным творчеством в духе «Здесь был Вася» и признаниями в любви, густо намазанными масляной краской. В 2018 году местному скульптору Сергею Гапановичу надоело на это смотреть, и он решил очистить скалу от вандализма максимально изящным способом — высечь поверх надписей фигурки ушастых. То, что начиналось с одной-двух пробных фигур, вырезанных в твердой породе на чистом энтузиазме, сегодня превратилось в грандиозный арт-объект. Сейчас на скале выбито уже около 700 зайцев, и они продолжают плодитьс

Если будете ехать из Тулы в сторону Белева, в паре километров от города на крутом берегу Оки стоит здание. Если не знать заранее — проскочите мимо и даже голову не повернете. Серые бетонные стены, обычные прямоугольные окна, отсутствие крыши. С дороги это выглядит как типичный недостроенный коттедж, хозяин которого либо разорился, либо просто забил на стройку в девяностых. На самом деле — это старинный храм Илии Пророка в селе Жуково. Которое, кстати, до определенного момента носило максимально честное название — Дураково. Сейчас село называется Жуково. Название это не случайное. Легенда из церковных летописей гласит, что первым поселенцем здесь был крестьянин, которого все в округе считали дураком. Так и повелось: село Дураково, люди — дураковские. Жили здесь, впрочем, совсем не глупые ребята: пахали землю, ловили рыбу и гоняли барки по Оке. Храм, который мы видим сегодня (точнее, то, что от него осталось), построили в 1790 году. Причем строили «всем миром». Самый большой вклад внес к

Когда я зашла в Измайловский кремль, я ожидала увидеть что угодно: матрешек, туристов, яркие декорации, но только не кусочек Карелии. И тут передо мной вырастает Храм Святителя Николая. Это не просто деревянная церковь «под старину», это настоящий гигант высотой 46 метров — самый высокий деревянный храм в России, на минуточку. (В селе Пияла Онежского района Архангельской области есть храм 1651 года всего на метр ниже - ранее он считался самым высоким) Архитектура настолько точно повторяет те самые северные каноны, что если обрезать на фото лишние детали и оставить только эти купола на фоне неба, никто в жизни не поверит, что ты в 15 минутах от метро Партизанская, а не на затерянном острове посреди Онежского озера. Суровая эстетика сруба и это ощущение мощи, которое бывает только у северного зодчества. Здесь, на соседних Серебряно-Виноградных прудах, Петр I когда-то осваивал морское дело. Так что дух флота и Севера тут пропитал каждое бревно не случайно. Внутри еще хранятся мощи Петра и

Пока паломники штурмуют лавки с иконами, а туристы ищут лучшие ракурсы, я нашла главных героев острова. Котов. Если вы думаете, что здесь они живут в райских условиях на монастырских харчах, то спешу разочаровать — это суровый северный быт, где за право погреться на солнце приходится буквально сражаться. Первого «хозяина» острова мы встретили у помойки. Вид максимально неприступный, шерсть в колтунах, будто он только что вернулся из долгого запоя. Но стоило просто протянуть руку, как этот колючий комок превратился в самого ласкового кота на свете. Видимо, ласка здесь в дефиците. Чуть дальше, у одного из домов, заприметили черно-белого кота. Я не подходила, звала с дороги. Кот долго оценивал меня, прикидывал риски, а потом решительно пошел навстречу. Хозяин, вышедший через пару минут, глазам своим не поверил: — Он что, сам к вам пришел? Он же у меня вообще к незнакомым не ходит, подозрительный очень. Ну, кошачье сарафанное радио не обманешь. У меня дома двое с улицы и еще шестерых п

Что может быть более унылым, чем резиденция Деда-Мороза в мае? Возможно, только резиденция карельского Деда Мороза. Да, у них он свой. Не знали? Локация расположилась прямо у трассы, мы случайно заметили ее и, конечно, решили заглянуть внутрь. Проход на территорию бесплатный, посмотреть на хаски, сходить на выставки и мастер-классы - за деньги. На хаски я из окна посмотрю, тем более на линяющих в мае, а тратить время на МК вообще не хотелось. погуляли по территории и умчали. Но не рассказать о локации я все равно не могу, вдруг занесет вас сюда в более подходящий сезон. Мы оказались в вотчине Талвиукко — карельского Деда Мороза, который живёт всего в 20 км от Петрозаводска, в посёлке Чална Пряжинского района. Его имя переводится с карельского как «Зимний дед», и это не просто аналог привычного нам волшебника с посохом — у него своя уникальная история. Легенда о Талвиукко гласит, что две собаки породы хаски — Куттэ и Мюттэ — зимней ночью в заснеженном лесу нашли новорождённого мальчик