Закреплено
Премиум для своих — истории так, как я хотела их рассказать с самого начала
Я решила запустить платную подписку. Многие мои статьи об исчезновениях, похищениях и обнаружении останков постоянно попадают под ограничения платформы — из-за деталей, подробностей, отдельных слов. Поэтому я приняла решение: создаю закрытое пространство, где могу писать так подробно, как требует этого история, потому что хочу рассказать её полностью. Что Вас ждёт: — Реальные дела, те материалы, которые в открытой ленте приходится резать или не публиковать вовсе. — Пропавшие, похищенные, найденные. — Фотографии, документы, все детали. — Каждую пятницу — одна новая история. Канал останется бесплатным, я продолжаю писать, искать и двигаться в сторону подкастов и видео. Премиум — это выбор тех, кто хочет больше, глубже и без цензуры платформы. Стоимость — 100 ₽. Сейчас чашка кофе обычно стоит дороже. Премиум будет лучшим способом сказать: «Продолжай» и поддержать меня. Важно: все материалы представлены исключительно в ознакомительно-развлекательных целях. Я не поддерживаю насилие, не оп
Показать еще
Ну… похоже, я очень крепко влип
Утром 19 мая 2014 года человек расстегнул палатку на высоте около 6000 метров и увидел утро, ради которого люди годами копят деньги, берут отпуска и убеждают себя, что риск – всего лишь часть маршрута. Снег после ночи лежал ровным, сверкающим полотном. Джону Оллу нужно было начинать рабочий день. Но сначала – вода для кофе. Он взял два ледоруба и пошёл к белой площадке, которая выглядела особенно гладкой и надёжной: набрать свежего снега. Через несколько минут он будет лежать 20 метрами ниже, на ледовой полке в трещине, и лихорадочно соображать: у него осталось два варианта. Умереть, если он ничего не сделает. Или попытаться выбраться и умереть при первой же ошибке. Джон Олл знал горы так, как их знают немногие из тех, кто на них поднимается. Он был не охотником за вершинами и фотографиями на фоне флага, а геоучёным и климатическим исследователем. По первому образованию Джон Олл был юристом: он изучал экологическое право, водную политику. Потом аудиторией ему стали сами горы: Гималаи
Показать еще
«Чё ты делаешь-то?». Последние слова перед крушением Як-42
В правом кресле сидел человек, который должен был знать правила лучше остальных, он по должности отвечал за организацию лётной работы в авиакомпании. Но через несколько минут станет ясно: порядок существовал только на бумаге. — Сколько тебе, девять? — спросил второй пилот. Командир выдохнул через нос. Посмотрел на штурвал, на приборы, на свои руки. — Восьмёрку, наверное. Второй пилот принял решение за двоих:
— Восемь с половиной. Стабилизатор медленно пошёл вверх. Двигатели на земле гудели на малом газе. До удара оставалось меньше восьми минут. Цифра, названная практически наугад, по случайности оказалась почти правильной. Расчётное положение для фактической центровки было ровно восемь с половиной. Совпадение никак им не помогло. Аэропорт Туношна в этот сентябрьский день работал спокойно. Полоса – три километра ровного бетона, шириной 44 метра. У торцов – уширение до 75 метров. Сухо, чисто. Ветер у земли – три метра в секунду. Видимость 10 километров. Температура около +18 °C . Мет
Показать еще
Её предупреждали дважды
Замёрзшие пальцы не слушались. Он хотел достать из рюкзака походную смесь – орехи, изюм, шоколад, всё, что могло бы поднять в человеке хоть на полчаса внутренний огонь, но руки уже так окоченели, что он не смог открыть рюкзак. Рядом, в снегу, лицом вниз лежала его мать. Она ещё дышала. Он это знал, потому что несколько минут назад она стонала, и звук был не похож на человеческий – низкий, ровный. Теперь стона не было. Был ветер 80 километров в час, темнота, в которой исчезла тропа. За двенадцать часов до этого у них был шанс. Трейси Смит было 55, и в горы она ходила дольше, чем многие из тех молодых ребят, что обгонят её этим вечером на склоне. Она жила в Такаке, в Голден-Бей, на севере Южного острова Новой Зеландии, там, где море входит в сушу длинными светлыми заливами. Сын-подросток вырос на тропах. Вдвоем они прошли Тропу Хифи (78,4 километра), маршрут Призрачная Дорога (85 километров), несколько раз – тропу вдоль побережья Абель-Тасман (60 километров). Их знали в местном сообщест
Показать еще
Муж видел Барбару за несколько минут до исчезновения
27 ноября 2020 года в пустыне Мохаве дул северо-западный ветер, который за сутки меняет рисунок песка и стирает следы любого, кто прошёл здесь накануне. Двое путешественников остановились у валуна, чтобы свериться с навигатором. Один из них наклонился. Потом выпрямился и долго молчал. В пустынной местности недалеко от Эссекса люди, оказавшиеся здесь почти случайно, наткнулись на человеческие останки. Подробностей шериф округа Сан-Бернардино почти не сообщил. Только позже стало известно имя. Это была исчезнувшая 12 июля 2019 года Барбара Томас. Барбаре Томас было 69, и возраст не имел над ней власти. У неё была насыщенная, расписанная наперед жизнь: сын, внуки, билет в Гонконг. Будущее для неё существовало не как абстракция, а как набор конкретных дел с датами. Её муж Роберт был третьим по счёту. Родственники в Гонконге относились к нему сдержанно. Никаких ссор, никаких сцен, просто все обходились молчанием, в котором не было ни одобрения, ни доверия. Барбара об этом знала и никогда
Показать еще
Под снегом она думала о дочери
В палатке было темно так, как темно бывает только под землёй. Сверху давило, и Дзюнко не сразу поняла, что давит снег. Воздух выходил из лёгких маленькими порциями и не возвращался. В 10 сантиметрах от её лица дышала Юрико. Их прижало друг к другу так плотно, что Дзюнко чувствовала, как у соседки шевельнулась челюсть, когда та попыталась произнести что-то, кажется, имя. Двигаться не получалось. Шевелились только глаза, но смотреть было некуда. И тогда, в эту секунду, в темноте на высоте около 6300 метров, Дзюнко увидела свою трёхлетнюю дочь. Норико сидела на полу в их квартире в Токио и складывала что-то из бумаги. Она была одета в красное. Дзюнко не помнила точно, было ли у Норико красное платье, или это уже придумала память, торопясь успеть. Девочка подняла голову и посмотрела на мать. И мать, придавленная снегом к чужой щеке, успела подумать одну короткую фразу, как зацепку: «Она будет плакать». После этого Дзюнко потеряла сознание. Чтобы понять, как эта женщина оказалась в этой пал
Показать еще
Невероятный полёт: почему историю выживания приняли за обман
Пэн расправил на траве подержанную парапланерную подвеску. Подвеска была чужая, недавно купленная. Он сел на корточки, провёл рукой по стропам, проверил свободные концы, карабины и застёжки подвески. Май, полдень, тишина такая, что слышно, как где-то в стороне звенит ручей. Над головой было пустое, голубое небо. Ничего не предвещало беды. В нескольких километрах в сторону, на километр выше, в этот момент уже начинал собираться воздух. Чуть более тёплый, чем соседний. Чуть более влажный. Он поднимался медленно, без шума, без формы. Облака ещё не было. Облако появится через сорок минут. К этому времени Пэн будет внутри него. Через 20 минут после того, как он застегнул карабин, обычный человек по имени Пэн Юйцзян, 55 лет, окажется на высоте пассажирских самолётов. И вернётся оттуда живым. А потом сядет писать объяснительную. Пэн летал 5 лет. До пандемии он не летал вообще. Он работал, жил, как все, в северо-западном Китае, где зимой пыльно, а летом пыльно с грозами. В 20-ом, когда мир
Показать еще
Последняя геолокация Селин
Селин поднималась по склону, в её руке светился телефон. На экране была карта. Серое поле, без троп, без названий, без ничего. В центре поля – синяя точка. Точка обозначала её саму. Вокруг был лес, где деревья растут гуще, чем кажется возможным, где мох висит ярусами и где даже в полдень мало света. А сейчас был не полдень. Сейчас начинался дождь, и температура подползала к нулю. На ней была лёгкая куртка, не рассчитанная на такую погоду, и кроссовки. Утром, выходя из машины, она думала, что вернётся к ней через час. Машина стояла в двух километрах отсюда, если смотреть по прямой. По прямой через склон, через переплетение поваленных стволов, которые трудно безопасно перешагнуть и под которыми невозможно проползти. Она шла наверх. Логика была простая: парковка с другой стороны холма. Если перевалить, то выйдешь. Телефон в её руке отправил последний сигнал в 16:18. После этого синяя точка осталась там, где была. Следующей не было. Селин Кремер было 30 лет, когда она прилетела в Сидней од
Показать еще
«Коленом, если что»: самолёт, где три системы защиты можно было обойти одним движением
Мохаммед давил пальцем на кнопку управления грузовой дверью секунд пятнадцать. Электромотор внутри грузовой двери турецкого DC-10 гудел не так, как должен был. Мужчина стоял на стремянке у заднего отсека самолёта в парижском Орли и краем глаза видел суету у терминала: пассажиров, которых в последний момент пересаживали с отменённых британских рейсов на этот. Он отвернулся от перрона. Гудение прекратилось. По его опыту это могло означать две вещи: защёлки дошли до положения блокировки или электропривод просто остановился, не доведя механизм до конца. Различить на слух было нельзя. Махмуди опустил снаружи рычаг ручки и почувствовал сопротивление. Ручка не шла. Махмуди слышал краем уха разговоры наземных инженеров: «коленом, если что». Он перенёс вес на ступеньку, упёр колено в торец рычага и нажал. Защёлкнулось. Махмуди сошёл со стремянки и обернулся в поисках инженера, который должен был заглянуть в смотровое окно в нижней части двери и проверить, что запорные штифты вошли в положение
Показать еще
Семь дней в снежной норе
Трое лежали в снежной норе размером с гроб. Укрытие, вырытое наспех за полчаса для короткого привала, дрожало и осыпалось с каждым новым порывом. Ветер унёс куртку Арта и часть еды. Осталось немного припасов и три спальных мешка, в которых трое мужчин лежали неподвижно, сутки за сутками, и молчали. День. Другой. Пятый. Седьмой. Внизу, в базовом лагере, их уже считали мёртвыми. Три человека, замурованных на высоте почти 5600 метрах в одном из самых жестоких бурь в истории зимнего Денали, и ни один из них не пытался уйти вниз. Потому что понимал: любое движение – это смерть. Единственный шанс на жизнь – лежать и ждать, пока не прекратится этот ад снаружи. А начиналось всё двумя годами раньше, с разговора, который выглядел как дружеская фантазия за пивом. К концу 1966 года гора Мак-Кинли, высочайшая точка Северной Америки, которую многие знают под названием Денали, оставалась непокорённой в зимний сезон. Формально запрета не существовало. Существовал негласный консенсус: бессмысленно. Ле
Показать еще
загрузка
Показать ещёДополнительная колонка
О группе
🖐️ Всем привет! Меня зовут Полина.
🌍 Я коллекционирую необычные, загадочные и таинственные истории реальных людей со всего мира.
👀Выживание, тайны, необъяснимое — всё, что кажется невозможным, но случилось.
⚠️ Дополнительные фото и факты в моём Telegram 👇🏻
Скрыть информацию
Правая колонка