Андревна

В музейной тиши, где шедевры и блики,
Где свет осторожный коснётся плеча,
Возникнет твой образ — живой, многоликий,
Как звук стадиварú, что льётся звуча.
Целебные руки и разум спокойный
Под строгим контролем врачебной судьбы.
Ты даришь сны, где нет пустой тревоги,
Где боль стихает, не дойдя до борьбы.
Но в тихом дыханье музейного зала,
Где краски и мрамор вбирают века,
Никто и не знает, как ты уставала,
Как жизнь для тебя, словно пульс, коротка.
А помнят глаза твои тёмные, зоркие,
Где бровь очертила свой тонкий изгиб,
Где локоны, волнами, пряди негорькие
Спадают и кажется мир весь погиб
Пред этой спокойной, глубокой красою,
Пред смуглой палитрой точеного лба…
Ты кажешься древней, живой, неземною —
Смотрю и молчит в восхищении мольба.
И это не страсть, не любовь, не томленье,
А трепет пред линией, цветом, судьбой.
Как тонкой натуры святое творенье,
Где врач и богиня владеют тобой.
Твой белый халат, как музейная форма,
И синее платье, как море стекла…
Ты — вечная, чистая, строгая норма
Того, что искусством в наш мир притекла.
И если хоть раз этот образ увижу
Уже не забыть. Это выше, чем плен.
Я просто свидетель. Я данник. Я движим
Красой, что не ведает страстных измен.
the.sars