Ольга Кипренская. Книги,хтонь и котики

С такими друзьями... (часть 2)

Света сидела у Насти на диванчике и морщилась. Ох уж эта Настька! Ввязалась в такую должность, не потянет ведь! А наряды эти дурацкие, кто их только присоветовал? Титьки надо побольше, ей талию поуже и вообще…
— Может, откажешься, пока не поздно? Не твоё ведь! — в глазах Насти мелькнуло нечто прежде неизведанное, и Света замялась. — У Игоря есть подчинённый, хороший мужик, правда, разведён с алиментами, но не бухает. Я договорилась вас познакомить. Только он поскромнее любит, ты уж найди что-то поприличнее, чем эти тряпки. Ни на минуту оставить нельзя, накупила невесть чего!

Оторва для принца. Глава 7

После скалодрома мы ещё гуляли по парку. Уже стемнело, зажглись фонари, и город стал каким-то другим — уютным, почти сказочным. Вадик купил нам по мороженому, и мы сидели на лавочке, как два пенсионера, и болтали.
— А ты всегда была такой самостоятельной? — спросил он вдруг.
— В смысле?
— Ну, — он замялся, подбирая слова. — Ты производишь впечатление человека, который привык всего добиваться сам. Который не ждёт, что кто-то придёт и решит его проблемы.
Я чуть не поперхнулась мороженым. Он что, рентгеновское зрение включил?
— С чего ты взял?
— Не знаю. У тебя взгляд... настороженный, что ли. Будто ты всегда готова к удару.

Оторва для принца. Глава 5

Я вернулась в общагу очень поздно.
Наташка не спала, металась по комнате, как тигр в клетке. Увидев меня, она подлетела и вцепилась в плечи:
— Ну что? Ну как? Он сбежал? Он больше не хочет меня видеть? Скажи, что всё получилось!
Я молчала. Потому что говорить было нечего. Вернее, говорить было что, но это «что» Наташке совсем не понравилось бы.
— Ляля! — затрясла она меня. — Ты чего молчишь?
— Наташ, — я аккуратно сняла туфли и поставила их в угол. Ноги гудели так, будто я прошла километров двадцать. — Там всё сложно.
— В смысле сложно? — она побледнела. — Он что, маньяк? Приставал?
— Нет, — я вздохнула и рухнула на кровать, не обращая внимания на дорогое платье. — Он нормальный. Слишком нормальный.
— И? — Наташка присела рядом. — Ты его отшила? Сделала так, чтоб он отстал?
Я посмотрела на неё. На её испуганные глаза, на дрожащие губы. И поняла, что врать не могу. Но и правду сказать, так себе идея.
— Понимаешь, — начала я осторожно, — он с самого начала как-то не так реагировал. Я старалась подпортить тебе имидж... А он знаешь что сказал?
— Что? — выдохнула Наташка.
— Что я «настоящая». Что ему надоели девушки, которые притворяются.
Наташка замерла. Потом медленно сползла с кровати и села на пол, обхватив колени руками.
— То есть он... ты ему понравилась? — спросила она тихо.
— Не знаю, — честно ответила я. — Но он не сбежал. Он сказал, что хочет увидеться ещё.
— О нет... — простонала Наташка. — Ляля, это катастрофа!
— Почему катастрофа? — я села на кровать и вытянула ноги. Ситуация мне тоже не нравилась, но Наташку надо было поддержать. — Слушай, может, ну его? Может, скажешь маме, что он тебе не понравился? И всё?
— Не получится, — Наташка замотала головой. — Ты не понимаешь! Мама уже тёте Лиде отзвонилась, расхваливала меня. Тётя Лида в восторге, что Вадик пошёл на свидание. Теперь если он откажется, мама будет выяснять почему. А если он не отказывается, а наоборот... — она подняла на меня затравленный взгляд, окончательно запутавшись в логике и сложных семейных отношениях. — Ляль, он же захочет встретиться снова. Со мной. С настоящей мной. А я... я не такая, как ты. Я не смогу быть интересной, не смогу хамить и быть «настоящей». Я буду сидеть и молчать, и он сразу поймёт, что что-то не так!

Непослушная. Часть 3

Это был скандал. Мать плакала и заламывала руки. Несостоявшаяся свекровь смотрела волком и, поджав губки, говорила, что Люба ничего не понимает и это, конечно, бывает, что от волнения невеста с ума сходит, однако, дела так не делаются. Она уже и родню известила, дядь Толя из Новосибирска ехать собирается, а это нехорошо все разом так отменять и уважаемых людей подставлять. Стерпится — слюбится, дуркует Любка.
— Нет, это ни в какие рамки! — выговаривала Раиса в трубку, освежённая разборками с несостоявшейся сватьей и подбодрённая заключённой с ней же стратегической коалицией. — Что первая, что вторая — неслух. Ну ладно, Алёнка, она там устроилась, талант у ей. А ты? Ты-то чего? Куда тебе? Сидела бы спокойно в своей конторе, замуж за Пашу вышла. И всё — дом полная чаша, всё как у людей. И тихо, и мирно. А ты куда погналась? За длинным рублём? За какой-то непонятной мечтой? Вот и будешь у разбитого корыта. Если что — к нам не приходи! Я тебе добра желаю! И все для тебя делаю, а ты...
— Мам... — попыталась вставить Люба.
 — Что «мам»? Сама посуди, чего ты в жизни-то добьёшься? Только семью опозорила и шишек набьешь! Свадьбу вот уже почти наметили, я и родственников позвала… А ты… ты!.. Вот, тебе день на раздумья. Возвращайся, повинись — и всё будет хорошо! А нет, так и забудь, что мать у тебя есть!
И, прежде чем дочь успела возразить, положила трубку.

Спорим, вы ни за что не догадаетесь?

Вот "Автопортрет с дочерью" 1786г. На нем изображена Элизабет Виже-Лебрен, знаменитая портретистка вместе со своей дочерью Жюли.
Сразу после написания он вызвал ТАКОЙ скандал, что Элизабет была вынуждена его убрать с глаз долой.
Что на изображении послужило причиной скандала? Жду ответ в комментариях!

Оторва для принца. Глава 13

Две недели пролетели как один день.
Я не узнавала себя. Раньше моя жизнь была чётко расписана: учёба, уборка, библиотека, сон. Теперь в этой схеме появился Вадик — и она перевернулась с ног на голову. Мы виделись почти каждый день. Он приезжал в общагу, мы гуляли по городу, ходили в кино, сидели в маленьких кофейнях.
А ещё я помогала ему с его стоматологией. Конечно, основную заботу взяли на себя его родители, но и нам много чего осталось Например ремонт, подготовить проект и составить смету, продумать какое и куда нужно оборудование и так далее. Отец Вадима хотел, чтобы он максимально вложился в этот проект, считал, что так он станет более ответственным.
Помещение, которое он снял, находилось в спальном районе, на первом этаже старого дома. Там пахло пылью и сыростью, стены требовали ремонта, а в углах валялись строительные мешки. Но Вадик смотрел на этот бардак так, будто перед ним был готовый клиентский зал.
— Здесь будет кабинет, — он показал на самую большую комнату. — Тут — зона ожидания. Сюда поставим кресла, журнальный столик, аквариум.
— Аквариум? — я подняла бровь.
— А ты думаешь, стоматология — это только ужас и боль? Нет, там должно быть уютно. Чтобы люди не боялись.
Я рассмеялась. Он с таким энтузиазмом рассказывал о своих планах, что я невольно заражалась. Мы вместе выбирали краску для стен, обсуждали, где купить мебель подешевле, и я даже набросала ему схему размещения оборудования — спасибо практике в больнице, я знала, как правильно организовать рабочее пространство.

Оторва для принца. Глава 10

Вадик приходил почти каждый день. Мы сидели в моей комнате, пили чай, который заваривала Наташка, и разговаривали. Обо всём подряд. О его планах открыть свою клинику, о моей учёбе, о тренере, о жизни.
Наташка сначала стеснялась, пряталась за учебниками, но потом привыкла. Даже подружилась с Вадиком по-своему. Они могли спорить о фильмах или обсуждать мои дурацкие привычки, например, то, что я грызу ручку, когда читаю.
— Ты её воспитай, — говорила Наташка. — А то с такой привычкой только в стройке работать.
— А она и работает, — усмехался Вадик. — Вон, всю комнату собственноручно отремонтировала.
— Не всю, — ворчала я. — Обои ещё за шкафами клеить. и не только. Или ты думаешь эти плакаты со Стрей Кидс тут для красоты? Нет это практичное решение они стену без обоев загораживают!
— Давай помогу, — предлагал он.
И помогал. Представляете? Мажор, сын владельца сети клиник, клеил обои в общаге. Смешно было смотреть, как он мучается с рулоном, как размазывает клей не туда, как матерится сквозь зубы, когда полоса идёт криво.
— Ты хоть раз в жизни ремонтом занимался? — спросила я, глядя на его перепачканные руки.
— Ни разу, — честно признался он. — У нас дома всегда кто-то делал.
— Ну теперь научишься, — хмыкнула я.
К вечеру комната преобразилась. Свежие обои, вымытые окна, даже старый диван мы переставили Наташка притащила от родителей какие-то шторы, и стало совсем уютно.

С такими друзьями... (часть 1)

— Зачем ты выбрала такое платье? — Удивлённо произнесла Света, на мгновение оторвавшись от смартфона. — Оно тебе не очень идёт. Почему ты всегда выбираешь такие странные цвета? Возьми вот лучше то, бежевенькое, оно на размер больше и как раз проблемные коленочки прикроет.
Настя, стоя перед зеркалом, почувствовала, как внутри неё всё падает. Платье уже не казалось таким прекрасным, каким было минуту назад. Нежный мятный цвет сразу стал раздражающим и каким-то слишком ярким.
— Мне нравится этот цвет, — девушка сделала робкую попытку отстоять платье. — И я чувствую себя в нём комфортно.
— Ну, если ты так думаешь, — фыркнула Света подмигнув. — Но не удивляйся, если кто-то из знакомых не оценит твою «оригинальность». Я же как лучше хочу! Я о тебе забочусь!
Настя вздохнула и отложила платье. Может, она и вправду лучше возьмёт то бплатье-оверсайз? Мятное всё-таки слишком открытое и легкомысленное!

Оторва для принца. Глава 11

Я не спала почти всю ночь.
Ворочалась, смотрела в потолок, прислушивалась к звукам общаги — где-то храпели, где-то включили музыку, в коридоре хлопнула дверь. Обычная ночная жизнь, которая раньше меня не беспокоила, а теперь казалась такой неправильной. Слишком много мыслей, слишком много надежд, слишком много страха.
А я все прокручивала в голове наш разговор. Его слова о том, что он будет рядом. Его руки, когда он держал мои ладони. Его поцелуй в щёку на прощание. Всё это было настолько нереальным, что я боялась закрыть глаза — вдруг проснусь и пойму, что это просто сон.
Утром я встала разбитая, с синяками под глазами и чувством, что внутри меня поселился целый улей. Наташка ещё спала — она вернулась поздно, уставшая после разговора с мамой, и я не стала её будить. Просто тихо собралась, налила себе чая, села на подоконник и стала ждать.
Я не знала, когда он позвонит. Может, сразу после завтрака. Может, ближе к обеду. Может, он передумает и просто пришлёт сообщение: «Прости, не получилось». И тогда всё рухнет.
Телефон завибрировал в половине десятого.
Я подскочила, едва не уронив кружку. На экране высветилось: «Вадик». Сердце ухнуло вниз, потом взлетело куда-то в небо.
— Алло? — мой голос прозвучал сипло, будто я неделю не пила.
— Привет, — его голос был спокойным, даже весёлым. — Разбудил?
— Нет, я уже давно не сплю. Ты как? — я прикусила губу, боясь спросить главное.