По волнам моей памяти...

В советском кино красота не продавалась — она возникала внезапно, будто из света кинопроектора. Вчера — студентка, балерина, провинциальная девчонка. Завтра — лицо на афишах, миллионы писем, стихи, ревность, слухи. Их обожали без соцсетей и глянца. Их обсуждали на кухнях и в курилках заводов. Они были больше, чем актрисы. Они становились мечтой. Но мечта — хрупкий материал. И чем ярче свет, тем темнее тень. Её звёздный час длился стремительно — как вспышка магния у фотографа. «Сорок первый» Григория Чухрая сделал Изольду Извицкую лицом советского кино середины 50-х. Дикая, упрямая Марютка — героиня, в которой было больше огня, чем романтики. Зритель влюбился в этот характер. Фильм поехал в Канны, фотографии Извицкой печатали европейские журналы, а в Париже открыли кафе с её именем. Для студентки ВГИКа — почти фантастика. Она была новой, резкой, не салонной. В ней чувствовалась свобода, которая тогда только пробивалась сквозь лёд послевоенной строгости. Но кино жестоко к тем, кто выстре