©АВТОРСКИЕ ПРАВА ЗАЩИЩЕНЫ.

Роман "Фелисада". Глава 58.

ГЛАВА 58. "...Фелисада, не отнимая руки, подняла голову и крикнула в небо..."

ПОСЛУШАТЬ СЕРДЦЕМ

МОЮ ПЕСНЮ "ФЕЛИСАДА - ТА, ЧТО ВЕДАЕТ..." МОЖНО, НАЖАВ НА ЭТУ КНОПОЧКУ:

"ФЕЛИСАДА - та, что ведает..."

Автор - Елена Станиславовна Еременко(Елена Макарова-Алина Клен )РОССИЯ. Авторские права защищены. Контакты для коммерческого использования: alinaklen@yandex.ru – АЛЬБОМ "ПРОСТО БЫТЬ СОБОЙ"

4:52

"ГЛАВА 58
Порог

Шофер Егорыч, высадив Степана, погнал грузовик прямо к своему дому, что стоял на окраине, у самого леса. Он влетел в сени, хлопнул дверью. Жена его резала на столе капусту.

— Глаха! Глазам не верь!

— Чего ты? — обернулась она, не выпуская ножа из рук.

— Алексеев! Степан! Живой! С фронта! На прииск приехал, я его довёз!

Нож звякнул о стол. Глафира замерла, уставившись на мужа, потом перекрестилась широким, судорожным крестом.

— Господи… Так он же… два раза хоронили…

— А он — вот он! На ногах. С палкой. И с орденом.

— Мать-заступница… — прошептала женщина. Потом вдруг встрепенулась, скинула фартук. — Ольгу надо предупредить! Мирона! Они же не знают!

— Да беги уж! — махнул рукой Егорыч. — Только смотри, без крику. Чтобы народ на улицу не высыпал.

Она выскочила во двор и бросилась вниз по улице, к дому Мирона Шадрина.

Ольга в это время как раз вытаскивала из печи противень с грибами, которые сушила на зиму. Услышав отчаянный стук в сени, она выпрямилась, насторожившись. Так добрые люди не стучали. Открыла дверь и увидела бледное, перекошенное от бега и волнения лицо Глафиры.

— Ольга… — захлебнулась та. — Степан… Ваш Степан…

Сердце Ольги упало и тут же забилось, готовое выпрыгнуть из груди. Она схватила Глафиру за рукав и втащила в сени.

— Тише ты! Говори уже.

— Жив он… Приехал… Мой его с дороги привёз… Идёт сейчас к дому своему… С палкой… И хромает… Но живой, Ольга Васильевна, живой!

Ольга прислонилась к косяку. Мир на мгновение поплыл. «Жив». Идёт. Сейчас. Домой.

— Мирону… — выдохнула она.

— Он на складе? Я мигом!

Глафира рванула дверь и побежала дальше. Ольга осталась стоять в сенях, прижимая ладони к щекам. Глаза её были сухими, щёки горели. Потом она резко, будто очнувшись, вытерла руки о фартук и пошла в горницу. «Жив. Идёт домой.» Мысли метались, спотыкаясь.
Феля. Первой и единственной мыслью стало: Феля. Надо к ней. Сейчас. Чтобы она не испугалась, не подумала худшего, услышав шум на улице. Чтобы она успела приготовиться — хоть на секунду, хоть на вздох — к тому, что дверь сейчас откроется и на пороге встанет… он…

Ольга скинула фартук, накинула платок и выбежала из дома. Она бежала обходным путём, огородами, чтобы не попасться ему навстречу. Она должна была успеть первой.

На складе Мирон как раз принимал новую партию стальных тросов. Глафира ворвалась, не обращая внимания на рабочих, и, задыхаясь, выпалила ему на ухо те же три слова:

— Степан. Жив. Идёт.

Мирон не уронил учётную книгу. Не побледнел. Он замер на секунду, будто в него вбили стальной штырь. Потом медленно, очень медленно закрыл книгу, положил её на ящик.

— Пашка, — обернулся он к ближайшему рабочему. — Приёмку заканчивай. Проверю потом. У меня дело.

И пошёл к выходу ровным, твёрдым шагом. Только на пороге споткнулся о щепку, которой не было.

В это время Иван в конторе чертил разрез нового штрека. Дверь распахнулась. На пороге стояла запыхавшаяся Глафира.

— Иван Тимофеич! Беги домой! Беги скорее!

— Что случилось? — он вскочил, уже рисуя в голове худшее: обвал, пожар.

— Там… Степан… домой идёт…

Больше она ничего не успела сказать. Ваня вылетел из конторы, сбивая с ног табурет. Он бежал по улице, не чувствуя под ногами земли, с одной мыслью в голове: «Живой!.. Живой!..»

В доме было тихо. Фелисада вытирала стол. Ребятишки что-то рисовали на старой газете. И вдруг — удар под дых. Весь воздух вышибло. Пустота, что годами сидела в ней камнем, взорвалась. Она ахнула, захлебнувшись этим внезапным ветром внутри. Отчего-то бросилась к окну, не видя дороги, как будто земля накренилась в ту сторону, зацепилась бедром за угол стола — не почувствовала. Рванула занавеску. Увидела…

Сперва — просто фигуру. Потом — лицо… И мир перевернулся! Взлетел на воздух, рассыпался осколками и собрался заново, вокруг этого одного лица. Он!

Зрение не обманывало. Обманывало всё предыдущее время. Все эти дни, месяцы, годы, похоронки, разорванная петля — всё это было чудовищной, бессмысленной ложью. Потому что вот он! Стоит!

Она отпрянула от окна. Глубокий, хриплый вдох — и снова. Не могла надышаться. В груди что-то колотилось, рвалось наружу. Не верила. И верила в тот же миг — всем телом, каждой жилкой, всем нутром!
Развернулась. Не пошла — понеслась к двери. Споткнулась о порог сеней, выскочила босая на крыльцо. Увидела его за калиткой, в десяти шагах. Живого! Искалеченного… Своего…

И рванула с крыльца. Не бежала — полетела, сбиваясь с ног, по вытоптанной земле двора, не замечая ничего. Палка у него в руке, мешок за плечом, худоба — всё это промелькнуло краем глаза, не имея значения. Важно было только одно — дотронуться! Убедиться!
Она влетела в него, почти сбив с ног, вцепилась пальцами в пропитанную потом и пылью гимнастёрку, прижалась лицом к груди, где под тканью стучало его живое, настоящее сердце. Дышала им, впитывая в себя запах дороги, боли, чужого мыла и его запах. Тот самый. Родной…

— Стёпушка… — выдохнула она в ткань, и голос сорвался в слабый крик. — Стёпушка! Господи!.. Стёпушка!

Руки его, сперва висевшие плетьми, медленно, неуверенно обняли её. Одна — слабо, вторая, сжимавшая палку, — жестко, через дерево. Он качнулся, едва удержав равновесие под её напором, и глухо, хрипло простонал над её головой.
Она не отпускала. Впивалась. Будто хотела через эту ткань, через кожу, взять в ладони его сердце и больше никогда не отпускать. Счастье было не сладким. Оно было тяжёлым, диким, удушающим, как спасение из-под завала. И от этого обрушившегося на них счастья по лицам текли слёзы — горячие, быстрые, беззвучные.

Так они и стояли посреди улицы — он, едва держась на ногах, опираясь на палку и на неё; она, вцепившись в него, как тонущий в щепку. А мир вокруг — дом, люди, небо, тайга — перестал существовать. Остались только они двое и страшный, оглушительный гул возвращённой жизни в ушах…

И тогда он заговорил. Голос его был тихим, сдавленным от сдерживаемых рыданий. Он сказал единственное, в чём был сейчас абсолютно уверен:

— Феличка ты моя…
И мир рухнул… Нет! Он вмиг собрался!
Не поток, а взрыв, от которого разом осыпалась стена. Не стена — вата, глухая, серая вата, что годами затыкала ему душу.

Она стояла перед ним. И он увидел!.. Не просто женщину, а свою Фелисаду. Ту самую. Девочку с косой до пояса напротив своего дома в Тихояре. Невесту в старинном наряде на Покров. Молодуху, стиравшую пелёнки в тазу, пока он точил косу. Ту, что ушла за ним в ссылку, не отпуская его руку. Ту, что шептала в землянке над ним, спасая от тифа: «В костях крепись».
Её руки, её спину, её усталые, светящиеся глаза — всё, каждый день, каждый час, которые они прожили вместе. Вспомнил до спазма в горле. Не как чужую историю — как свою кожу, содранную и вдруг наросшую заново. Больно и благостно.

И за её спиной, сквозь неё, ворвались и другие. Ванька-сорванец, скачущий на палке. Отец, строгий и молчаливый. Мать в доме у печи, ладная, в белом платочке. Слепая бабка Матрёна. И Колюня… Сынок, которого он на руках в могилу опускал.
Мирон, заменивший отца. Ольга — строгая и справедливая, как добрая мать. Все. Все до единого. Живые и мёртвые. Встали в нём, как ворох сухих листьев, брошенных в огонь. Вспыхнули, осветив изнутри все тёмные углы.

Он зашатался. Не от слабости. От невыносимой тяжести вернувшегося груза. От счастья, которое резало, как нож. От стыда, что забыл их даже на миг. Он захлёбывался этим потоком, глаза его, широко раскрытые, были полны не слезами — целой жизнью, хлынувшей через край.

Он обнял её крепче, прижал к себе, вцепился в этот живой якорь, в единственную точку опоры в рушащемся и собирающемся заново мире. И понял, наконец, что значит «вернулся». Не пришёл. Вернулся. Стал собой. Целым. Здесь, на этом пыльном проулке, под этим бесконечным сибирским небом.

А рядом с ними уже стояли, не смея произнести ни слова, Ваня, Мирон, Ольга с трясущимися плечами и сбежавшиеся соседи. Сквозь слёзы они видели их двоих — её руку на его щеке, его руку, сжимающую палку так, что суставы побелели. Они видели, как Фелисада, не отнимая руки, подняла голову и крикнула в небо:

— Он!.. Живой!.. Спасибо тебе, Господи!!!"

ПРОЧИТАТЬ МОИ КНИГИ, ОСНОВАННЫЕ ТОЛЬКО НА РЕАЛЬНЫХ ИСТОРИЯХ, или прослушать их аудио-версии вы можете на "ЛитресАвторы", вот ссылки:

1. роман "Одно НЕБО на двоих" - www.litres.ru/72627307/
2. роман "Пока не поздно..." - www.litres.ru/72763369/
3. роман "ФЕЛИСАДА" - www.litres.ru/73098613/
4.сборник рассказов "Там-тарарам-там-там" - пока еще в работе.

ПРОСЛУШАТЬ ВСЕ МОИ УЖЕ ОПУБЛИКОВАННЫЕ ПЕСНИ МОЖНО ЗДЕСЬ, ПРОЙДЯ ПО ЭТИМ ССЫЛКАМ:

1. "МОЁ ЛЕТО МНЕ НЕ ОТМЕНЯТ!!" -
https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158256885515129

2. " Я ТЕБЯ НЕ ЗВАЛА..." - https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158253923812217

3. "КЛИЧ!" - https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158249531261817

4."МОЛИТВА" - https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158260713210745

5. "Я ПРОСТИЛА..." - https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158264320639865

6. "ФЕЛИСАДА - ТА, ЧТО ВЕДАЕТ..." - https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158280722662265

7. "Я ЕСТЬ!" - https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158288473277305

8."БЫЛА..." - https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158291730744185

9. "АКВАРЕЛЬ ЕЁ ДУШИ..." - ПОСВЯЩАЕТСЯ ПАМЯТИ ТАНЕЧКИ АНТИНГ, С ЛЮБОВЬЮ... - https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158291950158713

10. "ЭЙ! ПРИВЕТ!" -https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158299050656633

11. "ТАНК "БОЕВАЯ ПОДРУГА" -https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158302053122937

12. "Я ВЕРНУСЬ К ТЕБЕ..." - https://ok.ru/profile/515939627897/statuses/158309312676729

13."Я СЕБЕ МЕДАЛЬ НАРИСОВАЛА"(танцевальная, быстрая, драйвовая) - готовится к публикации

14. "ДО СВИДАНИЯ, ЛЮБЛЮ, ЦЕЛУЮ" - будет опубликована в августе 2026 года.

15. Аудио-сборник моих песен под рабочим названием "ПРОСТО БЫТЬ СОБОЙ" пока ещё в работе. Как напишу песен 20-25, таких, чтобы у всех мурашки по коже неслись, обгоняя друг друга, так сразу и напечатаю сборник

Немного ещё осталось - ловлю вдохновение.

ПО ВОПРОСАМ СОЗДАНИЯ АВТОРСКИХ ПЕСЕН НА ЗАКАЗ ДЛЯ ЛЮБЫХ ВАШИХ СОБЫТИЙ ОБРАЩАЙТЕСЬ КО МНЕ В ЛИЧКУ.

Друзья мои, отзывайтесь, пожалуйста, в комментариях! Добавляйтесь в друзья - я всем рада! Делитесь моим творчеством со своими людьми - так оно найдет ещё больше друзей и ценителей.
С любовью, ваша Елена - Алина Клен

©АВТОР – Елена Станиславовна Еременко (Елена Макарова-Алина Клен)-РОССИЯ. АВТОРСКИЕ ПРАВА ЗАЩИЩЕНЫ.

#Фелисада #историческийроман #прозаосудьбе #женскаяпроза #книгиолюбви #чтопочитать #книжныйблог #реальнаяистория
#судьбачеловека #историялюбви #современнаярусскаялитература #душевныекниги #книгаосудьбе #женскиесудьбы #книгаонастоящейлюбви #семейнаясага #сибирскиеистории #книгиосибири #реальнаяистория #АлинаКлен #АлинаКленКниги
#АлинаКленПесни

Фелисада — Алина Клен Автор | Литрес

Она знала слово, от которого уходят змеи. И заговоры, чтобы рана заросла. Но как спасти целую жизнь, когда на твою семью обрушивается вся эпоха?ФЕЛИСАДА не просто эпохальная семейная сага. Это закли…

Литрес

Пока не поздно... — Алина Клен Автор | Литрес

Что остаётся, когда рушатся империи, вера и личные миры? Только право на последнее слово...Пронзительный роман-исповедь, основанный на реальном событии и растянувшийся на три десятилетия. От обрушивш…

Литрес

Одно НЕБО на двоих — Алина Клен Автор | Литрес

Он - из новой Зеландии. Она - сибирячка из Красноярска. Реальная история любви с неожиданным финалом!Тебя ждет полное погружение в сюжет, от которого ты не сможешь оторваться, пока не узнаешь, чем же…

Литрес