Светлана крупеня

У него был очень своеобразный характер: любую обиду, намек на оскорбление он воспринимал как нож острый. Однажды, когда он пел в нью-йоркской «Метрополитен-опера», певица, исполнявшая главную роль, решила: надо проучить эту деревенщину, а то он думает, что у него самый сильный голос в мире, и распорядилась: поставьте мое кресло в глубину сцены, пускай он споет свое любовное объяснение спиной к зрителю – посмотрим, кто услышит тогда эту выскочку. Но не на того напала. Ян Кипура, когда не обнаружил в положенном месте героиню, взял ее вместе с креслом, поднял в воздух и перенес к самой рампе, усадив ее спиной к зрителю. При этом пел свою любовную арию, не останавливаясь, улыбаясь всему зрительному залу. Ян Кипура родился в небольшом польском городке Сосновец в 1902 году. «Кипура» по-польски означает что-то вроде «простачок». Но отца Яна, Франтишека, простачком никак не назовешь: он держал свою пекарню, построил дом в три этажа. На первом пекли хлеб и тут же торговали им в булочной, в вер

Экимян говорил о себе: «Я прожил две судьбы своей жизни». Согласитесь, не каждый может так себя характеризовать! Все, кто был знаком с Алексеем Экимяном — будь то люди в погонах или представители песенного цеха — вспоминают о нём как о порядочном, интеллигентном, скромном человеке. Не все коллеги в милиции знали, что их начальник пишет музыку. И далеко не все слушатели, которые невольно подпевали «Не надо печалиться», догадывались, что эту и множество других мелодий написал профессионал сыска. С фотографий на нас смотрит сосредоточенный человек. Иногда с полуулыбкой, но чаще — серьёзный. На одних снимках он в форме, при погонах и регалиях. На других — в гражданском костюме за роялем, перед публикой... Рядом с Вахтангом Кикабидзе и Муслимом Магомаевым. Или — как подобает советскому композитору — в задумчивости склонившийся над клавиатурой, за работой, перед нотами, в уютном красном свитере... Алексей Гургенович Экимян — блестящий сыщик, раскрывший сотни преступлений, генерал-майор милиц

Экимян говорил о себе: «Я прожил две судьбы своей жизни». Согласитесь, не каждый может так себя характеризовать! Все, кто был знаком с Алексеем Экимяном — будь то люди в погонах или представители песенного цеха — вспоминают о нём как о порядочном, интеллигентном, скромном человеке. Не все коллеги в милиции знали, что их начальник пишет музыку. И далеко не все слушатели, которые невольно подпевали «Не надо печалиться», догадывались, что эту и множество других мелодий написал профессионал сыска. С фотографий на нас смотрит сосредоточенный человек. Иногда с полуулыбкой, но чаще — серьёзный. На одних снимках он в форме, при погонах и регалиях. На других — в гражданском костюме за роялем, перед публикой... Рядом с Вахтангом Кикабидзе и Муслимом Магомаевым. Или — как подобает советскому композитору — в задумчивости склонившийся над клавиатурой, за работой, перед нотами, в уютном красном свитере... Алексей Гургенович Экимян — блестящий сыщик, раскрывший сотни преступлений, генерал-майор милиц

Если бы у самолетов были профили в соцсетях, у Ту-160 в графе «статус» было бы написано: «Сложно быть богом… элегантности и разрушения». А в графе «о себе»: «Обожаю длительные прогулки на сверхзвуке. Моя любовь это небо. Моя стихия скорость. Мой девиз: "Не долетел? Развернулся и долетел"». Этот самолет воплощение парадоксов. Его называют «Белым лебедем» за ослепительно-белый цвет и изящные, стремительные линии. Но при этом это самый большой и мощный сверхзвуковой самолет в истории военной авиации. Представьте себе балерину в пачке, которая на сцене исполняет «Лебединое озеро», а за кулисами жмет стальную штангу и бегает быстрее всех спринтеров. Вот это он и есть. Рождение гиганта: или как сделать невидимого слона История «Лебедя» началась в разгар Холодной войны. СССР нуждался в ответе на американскую программу B-1 Lancer. Задача для конструкторов стояла, мягко говоря, нетривиальная: создать самолет, который: 1. Летает быстрее звука (желательно, в полтора-два раза). 2. И при этом б