Зинаида Донцова (Глодина)

Овдовев, Люда решилась разобрать вещи мужа на чердаке. Она чуть не поседела, увидев… Прошло уже полгода со дня смерти мужа. Люда всё откладывала разбор его вещей. Каждый раз, поднимаясь взглядом к люку на чердак, она чувствовала тяжесть в груди. Но однажды утром решила: хватит. Вооружившись коробками и тряпкой от пыли, она поднялась наверх. Чердак встретил её запахом старого дерева и тишиной. Вещей оказалось немного: старые инструменты, рыболовные снасти, пожелтевшие журналы. Люда складывала всё по коробкам, пока её взгляд не остановился на большом деревянном сундуке в дальнем углу. Странно. За двадцать семь лет брака она никогда не видела этого сундука. С трудом смахнув пыль, Люда заметила маленький замок. Замок оказался незапертым. Сердце почему-то забилось быстрее. Она подняла крышку. И чуть не поседела. Внутри лежали десятки фотографий. На всех снимках был её муж. Но рядом с ним стояла незнакомая женщина. На одних фото они держались за руки, на других улыба

Соня тоже видела. Я перехватила ее взгляд, она смотрела на руку Егора, а губы у нее чуть дрогнули. Потом Соня взяла свой стакан с водой и отвернулась. Через неделю выяснилось, что Степан не сделал ровным счетом ничего. Он сидел в кресле, листал газету, переключал каналы и ждал, пока все сделается само. начало рассказа Когда я осторожно поинтересовалась, как идет подготовка, он поморщился: – Ну ты же знаешь, я не по этой части. Давай, бери на себя. И добавил, не отрываясь от телевизора: – Только согласуй со мной. Я позвонила в ресторан, договорилась о зале, внесла аванс из своей пенсии. Нашла бывшую коллегу, которая делает торты на заказ: у нее тяжело с деньгами, заказ ей пригодится. Заказала медовый с кремовыми розочками. Степан не согласовывал ничего. Через месяц подготовки он уточнил: – А Володю позвала? Володя стоял в списке первым. Вечером позвонила Соня. – Мам, – начала она после долгой паузы, и я слышала, как она дышит в трубку, собираясь с духом, – а ты вообще счастлива была? Хо