людмила филипенко (прокопова)

Бабка Матрена умерла в понедельник, когда за окном уже который день лил холодный осенний дождь. Умерла тихо, как и жила последние годы, — в своей старой избе на краю деревни Заречье, что притулилась между лесом и рекой. Соседка Танька пришла утром молока попросить — Матрена всегда держала корову, последняя в деревне, — а та сидит на лавке, головой к печи склонившись, и руки сложены на коленях, будто заснула. Танька окликнула раз, другой, потом подошла, тронула за плечо — а она холодная уже. Вот так и ушла Матрена. В свои восемьдесят с лишком. Одна. Без родни, без детей, без мужа, которого схоронила еще в семидесятом. Никто даже не знал толком, сколько ей лет — в сельсовете бумаги сгорели еще в девяностые, а она сама только отмахивалась: "Господь знает, а вам зачем?" Плохие вести в деревне разносятся быстрее ветра. Уже к полудню вся Заречья знала: Матрена померла. Собрались бабы у ее калитки, стояли, крестились и охали. А дождь все лил и лил, и желтые листья с кленов падали в грязь,