Людмила Сороколетова

Родня отказала в помощи

Игорь вернулся домой раньше, чем обычно. Было еще светло, но он выглядел так, словно прошел не один километр и нес на плечах невероятно тяжелый груз. Не снимая ботинок, он прошел в комнату, сел на край дивана и долго сидел, опустив голову, будто подбирал слова.
— Саня… в больнице, — произнес он глухо. — Машина сбила.
Татьяна отложила тетрадь, которую проверяла, и почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Саша — двоюродный брат мужа, близкий человек для этой семьи. Совсем еще мальчишка, 20 лет только исполнилось...
— Насколько всё серьёзно?
— Нужна срочная операция. Сложная. И… — он замялся, — реабилитация. Не из дешёвых. Ты же знаешь, что бесплатный сыр...
Повисла тишина, нарушаемая только стуком её сердца
— У нас таких денег нет. А Сашка... Он же сирота! — тихо сказала она, уже зная ответ.
— Вот и я про то. Дядя с тетей все бы отдали. Но их давно нет в живых. Я должен помочь, как самый близкий родственник. — Игорь закрыл лицо ладонями. — Придется… продать кое-что.
Он поднялся, ушел в спальню и вернулся, держа в руках длинную деревянную коробку. На крышке — затертый до полуматового блеска герб, вырезанный вручную. Замок был старый, с резной скобой. Игорь щелкнул маленьким ключиком, и крышка открылась.
Внутри была небольшая овальная шкатулка из розового кварца, оправленная в тонкое золото. На боковых гранях — эмаль нежных цветов и крошечные бриллианты в оправках. Даже спустя десятилетия она выглядела так, будто только что вышла из рук мастера.
— Шкатулка прабабки, — сказал Игорь. — По семейным рассказам, к её изготовлению якобы причастен сам "Баберже". Никто точно не знает, правда это или красивая легенда, но в семье её берегли так, словно она сама хранит память о нас. Думал, дочке потом передадим… — он на секунду замолчал, — но сейчас не время для сентиментов. Саша важнее, чем наследство.
Татьяна знала: он никогда бы не решился расстаться с этой вещью просто так. Это был не просто предмет — символ непрерывности рода, единственное, что связывало их с предками.
— Может… — осторожно сказала она, — давай сначала попробуем одолжить у родных? Твой отец?
— Я подумал об этом. Отец сказал, что даст немного, сколько есть... Но этого не хватит, — кивнул Игорь. — Давай попробуем позвонить всем, кого знаем...
Они сели за стол. Игорь набрал номер друга. Тот выслушал молча, потом сказал:
— Игорь, я бы помог, но у меня ипотека и дочка в институт поступает. Все деньги туда уходят.
Следующая была двоюродная сестра. Она вздохнула и сразу начала оправдываться:
— У нас сами знаешь — ремонт. Стены голые, жить негде. Я даже себе платье на свадьбу племянницы в аренду брала.
Третий звонок — дяде жены. Ответ был сухой:
— Мы сами только что кредит взяли на машину. Извини, но нет. Да и кто он нам? Это ж чужой человек.