Александр Иванов

"Москва слезам не верит" - один из моих любимых фильмов, снятых в СССР. Ставлю его на четвёртое место в истории советской киноиндустрии. Однако, после того, как я впервые посмотрел эту кинокартину, у меня возник ряд вопросов. Давайте сегодня обсудим 8 моментов из фильма "Москва слезам не верит", которые я не понял. Катерина жалуется, вот мол, придётся некоторое время проживать на площади Восстания у дяди Лёши, а это далеко от работы, часа полтора. Иными словами, Катино общежитие располагалось совсем рядом с её заводом. Видимо, в нескольких минутах ходьбы. Тося трудилась маляром на стройке, а Люда - на хлебобулочном производстве. Как они попали к Кате в комнату? Либо две остальные подруги, в отличие от Катерины, проживали значительно дальше от места своей работы, либо и Катин завод, и Тосина стройка, и Людина фабрика находились по соседству. Но разве такое было возможно в реальной жизни? Я вот например подобных мест в Москве не припомню. Если они были - напишите, пожалуйста. Завод и фаб

Бензин окружает нас повсюду. Он работает в автомобилях, хорошо известен, доступен и эффективен. Казалось бы, если нужно топливо для двигателя, бензин подходит лучше всего. Но когда дело доходит до авиации, картина меняется. Современные самолёты заправляют керосином, и это не дань традиции, а результат строгих инженерных расчётов. Дело в том, что именно те свойства бензина, которые делают его удобным на земле, превращают его в проблему на высоте 10 км. Бензин очень легко испаряется. На земле это плюс: он быстро смешивается с воздухом и эффективно сгорает в цилиндрах двигателя. Но на большой высоте атмосферное давление значительно ниже, и бензин начинает испаряться ещё активнее. В топливной системе появляются пузырьки газа. Это явление называется паровая пробка. Представьте трубочку, через которую вы пьёте воду. Если внутри появятся пузырьки воздуха, поток начнёт прерываться или остановится совсем. В двигателе самолёта такое недопустимо. Топливо должно поступать непрерывно, иначе двигате