Наталья Коростелева

Он снял фильм, от которого плакала вся страна. Фильм о том, что даже на войне важно петь. Что жизнь стоит того, чтобы её прожить красиво, с песней и без злобы. А сам — написал письмо, в котором сказал: жить не хочется. И это было не позой. Вот в чём парадокс Леонида Быкова. Режиссёр, снявший, пожалуй, самый живой фильм о войне, умел убеждать весь мир в смысле жизни — но не мог убедить себя. Письмо, о котором говорят осторожно даже самые близкие его друзья, он написал в 49 лет. Не в момент кризиса, не под горячую руку. Спокойно, обдуманно: "Часами смотрю на воду. А жить не хочется. Что-то сломалось во мне. А ремонту не подлежит." Как доходят до такого слова человек, которого любила вся страна? Это история о цене, которую платят те, кто дарит другим свет. Леонид Быков появился на экране в 1953 году в фильме "Судьба Марины" — и сразу стал узнаваемым. Не потому что был красив. Как раз наоборот. Татьяна Конюхова, его партнёрша по той картине, вспоминала, что при первой встрече подумала: как

Спросите знакомых, какой металл самый дорогой в мире, — и соберёте стандартный комплект: золото, платина, ну ладно, родий. Всё мимо. Самым дорогим металлом на Земле считается калифорний-252 — искусственный радиоактивный изотоп, грамм которого оценивают примерно в 27 миллионов долларов. Вдумайтесь, грамм калифорния стоит 27 миллионов долларов. При такой цене ювелир уже не спрашивает размер пальца — он спрашивает размер экономики вашей страны. Граммовый слиток при этом не достаётся никому: заказчикам калифорний расходится микрограммами. А регулярно производят его лишь две площадки на планете — и одна находится не в секретном бункере из шпионского кино, а в Димитровграде Ульяновской области. Калифорний — элемент №98, обитатель тяжёлого «подвала» таблицы Менделеева, где соседями числятся плутоний и кюрий. В природе его в заметных количествах нет: всё, чем пользуется человечество, оно делает само, в ядерных реакторах. Открыли элемент в 1950 году в Беркли, в команде Гленна Сиборга, и назва

Когда говорят о советском времени, чаще вспоминают дефицит, очереди и ковры на стенах. Но есть еще одна вещь, которая ушла почти бесследно — особая культура праздников. И речь не только про Новый год или 9 Мая. В СССР календарь был буквально нашпигован датами, которые не просто отмечали — ими жили. Сегодня многие из этих дней либо исчезли совсем, либо превратились в формальность. И вот тут возникает логичный вопрос: а что именно ушло? Просто лишние выходные или что-то гораздо большее? Если копнуть глубже, становится понятно — советские праздники были не про отдых. Это был отлаженный механизм формирования общества. Грубо говоря, государство через календарь управляло настроением миллионов. И, надо признать, работало это почти без сбоев. В СССР праздник был чем-то вроде обязательного обновления прошивки для коллективного сознания. Улицы украшались заранее, предприятия готовили демонстрации, школы репетировали концерты, а дети учились читать стихи так, будто от этого зависела судьба страны