Полина Губер(Швабауэр)

— Держись, Верный, держись, брат, — хрипло произнес Алексей, с трудом перекрикивая свист ледяного ветра, бьющего в лицо ледяной крошкой. — Нам бы только до распадока дотянуть, а там лес гуще, ветер не так сечь будет. Собака, покрытая панцирем из снега, тихо заскулила, тяжело переступая проваливающимися лапами по глубокому, рыхлому насту. — Знаю, что сил нет, — мужчина тяжело опустился на одно колено, стянул заледенелую рукавицу и потрепал пса по холке, счищая снег с его умных, уставших глаз. — Но останавливаться нельзя. Сядем сейчас — и всё, навечно тут останемся, белым одеялом укроемся. Пошли, Верный, пошли. Еще немного. Алексей, опытный геолог и проводник, знавший эту суровую тайгу много лет, сейчас ясно понимал: природа взяла верх. Буран начался внезапно. Сначала небо затянуло глухой, свинцовой пеленой, скрыв бледное зимнее солнце, а затем тайга зарычала. Ветер ломал сухие ветки лиственниц, швырял в лицо пригоршни колючего снега, стирая все ориентиры. Температура стремительно пада