Село 2 Петропавловка

Районной газете - 95

Братья Кочуро

Их трое. Все они живут и трудятся во II-Петропавловке. Внешне ничем не примечательны. Разве только по праздникам, когда на их выходных пиджаках сверкают боевые награды. Односельчане с уважением смотрят на братьев. А. уважение они заслужили своими ратными подвигами.
ВАСИЛИЙ
Он старший из братьев Кочуро. До 1940 года работал трактористом в Меньшиковской МТС. Отсюда и был призван в ряды Красной Армии. Воевал с белофиннами, а когда фашистские варвары полчищами набросились на нашу страну, в числе сотен тысяч солдат грудью встал на защиту родного Отечества...
Шел грозный 1941 год. Немецкие войска рвались к сердцу Страны Советов – Москве. Василий в составе особого батальона все время находился на передовой. Фашисты бросали в бой все новые и новые силы.
На одном из участков эсэсовские части прорвали фронт. Наше командование срочно бросило в этот район батальон, где служил Василий. Трое суток длился неравный бой. Орудия, пулеметы батальона были выведены на прямые позиции. Сколько было отбито атак, сколько раз сшибались с фашистами в рукопашном бою Василий и его товарищи – неизвестно. И враг не прошел. Двадцать измученных, израненных, но не павших духом советских солдат осталось от батальона после боя…
В этом сражении Василий получил тяжелое ранение. Долгое время врачи лечили сибиряка. Молодой крепкий организм, медицинская помощь сделали своё дело. Василий встал на ноги, но на фронт его не пустили. Он был направлен на завод, который готовил для фронта снаряды.
ИВАН
Иван на год моложе Василия. В армию ушел служить в 1938 году. Также участвовал в войне с белофиннами, а потом смело, по-сибирски громил фашистов. Рота пехотинцев, где служил Иван Кочуро, вела упорные бои за Смоленск. Битва не затихала даже ночью. Немцы, несмотря на численное преимущество, не могли выбить советских солдат из небольшой деревушки. Чтобы нанести врагу еще больший урон, рота готовилась к ночному штыковому бою. Немцы, почуяв передвижение советских солдат, срочно укрепили этот участок снайперами.
Иван в это время был связным. Выполняя задание командира роты, он оповещал бойцов о предстоящей штыковой атаке. На одном, особо опасном участке, хотел быстро перебежать открытое место. Но не сделал и двадцати шагов, как вражеская разрывная пуля попала в лицо, прошла через плечо и руку. Связной упал без сознания...
Шесть месяцев отлежал в госпитале. После выздоровления, просился на фронт. Но врачи сказали ему: «Нет».
ПЕТР
Когда воевали старшие братья, Петр работал учетчиком в тракторной бригаде колхоза «Мировой Октябрь». Читал скупые письма от них и обивал пороги военкомата. Просился на фронт. В 1942 году семнадцатилетний Петр добился своего. Его направили в полковую школу в город Красноярск. Здесь готовили лыжников для фронта. Полгода упорных занятий, тренировок пролетели незаметно. Сержант Кочуро в составе особого лыжного батальона был направлен на Первый Прибалтийский фронт.
Однажды, когда под натиском советских войск фашисты стали отступать, перед батальоном сибиряков была поставлена важная задача: ночью зайти глубоко в тыл немцев и ударить по ним сзади. Осторожно, стараясь не нарваться на врага, лыжники прошли линию фронта и углубились в тыл противника на 12 километров. Рассредоточившись, по сигналу бросились в атаку. Обезумевшие от испуга, фашисты подняли руки. В плен было захвачено около 400 солдат противника.
В этом бою отважный сибиряк получил первое ранение в левую руку. После госпиталя снова вернулся на родной фронт. Теперь уже старший сержант Петр Кочуро воевал с захватчиками, служа в полковой разведке. И здесь наиболее ярко проявились способности сибиряка-разведчика.
Советскому командованию срочно понадобился «язык». Готовилось очередное наступление и нужны были точные сведения о противнике. За «языком» пошли полковые разведчики. Целую ночь поджидали они в тылу врага, на шоссе, нужного фашиста. Наконец, под утро, под охраной автоматчиков на дороге показалась легковая машина. Пропустив за поворот охрану, разведчики в упор ударили из автоматов по машине. Так был захвачен ценный «язык» – немецкий штабной офицер.
За эту операцию разведчик Петр Кочуро был награжден орденом Славы III степени. Это была его первая награда.
Медаль «За отвагу» он получил за смелость и находчивость, проявленную при форсировании Двины. Шел тяжелый бой. Рота, куда входил взвод полковой разведки, старалась захватить небольшую высоту. Несмотря на атаки, немцы продолжали удерживать этот участок. Их окопы были расположены в 30-40 метрах от советских солдат. Старший сержант П. Кочуро во время затишья выглянул из-за укрытия, и заметил передвижение фашистов на мотоциклах. Решение пришло мгновенно. Станковым пулеметом сибиряк подбил два передних мотоцикла. Противник замешкался. В это время рота поднялась в атаку, и. высота была взята.
До июля 1944 года громил фашистов разведчик-сибиряк. К двум боевым наградам прибавилось еще четыре медали. Но не суждено было ему дойти до логова врага – Берлина. Осколок артиллерийского снаряда нанес П. Кочуро тяжкое увечье...
Сейчас братья трудятся по-ударному. Василий работает лесником в межколхозлесхозе, Иван – скотником молодняка в колхозе «Мировой Октябрь», Петр – инженером по технике безопасности в этом же хозяйстве. Они достойно несут трудовую вахту в честь славного юбилея – 30-летия Победы над фашистской Германией, стараясь своим трудом внести лепту в дело укрепления мира.
А. ПЛЕТЕНКИН.
На снимке: братья Кочуро.
Фото А. КАЛИНКИНА.
«Ленинец», 15 марта 1975 года.

Районной газете – 95

И в бою, и в труде

Этот материал-воспоминание написан по нашей просьбе братом Героя Советского Союза Петра Парфёновича Барбашова Павлом Парфеновичем, который проживает в настоящее время в Красноярском крае.
В характере моего брата, Петра Парфёновича Барбашова пожалуй, главной чертой были скромность и выдержанность. Любил правду, ненавидел ложь, и несправедливость. Любил труд и мог работать без устали. В свои 10–12 лет пахал, боронил, косил. Очень любил людей, верил им. С большим уважением относился к пожилым, независимо от того, знал или нет человека, никогда не проходил мимо, чтобы не поприветствовать.
В деревне Петра уважали и старые, и малые. Когда ему было 16–17 лет, его даже пожилые величали не иначе, как по имени отчеству. Брат был страстным любителем природы. В зимний период исхаживал на лыжах все окрестности, возвращался домой усталый, но очень довольный.
Никогда не было случая, чтобы он не выполнил самым добросовестным образом заданную ему отцом или матерью работу. Любил животных. Помню поступил я в ближайший совхоз молоковозом и работал с братом по очереди, так как одному было очень тяжело. Щадя лошадей, Петр пренебрегал даже своим отдыхом. И, когда приходило время заступать на смену мне, я его не узнавал, такой он был измученный, зато лошади выглядели свежими.
Шли годы. Мы взрослели и стали покидать отцовский дом. Петр завербовался на север в город Игарку. Не помню, сколько он там пробыл, но возвратился с подарками почти для всей деревни. Дома стал работать заведующим избой-читальней. Мечтал поступить учиться на культпросветработника. Но фашисты нарушили мирные планы советских людей, и Петр с оружием в р у к ах встал на защиту Родины.
Однажды на фронте сошлись дороги двух братьев Барбашовых. В городе Дзержинске формировались их части. Однажды в разгар зимы, Леонид в строю шел со стрельбища и вдруг увидел двух солдат, шедших по городу с повязками патруля на рукаве. В одном из них узнал брата. Рассказал об этом командиру части. Тот, долго не раздумывая, разрешил ему съездить на розыск и убедиться в достоверности своих предположений.
– Патрульных догнали. «Товарищ, как ваша фамилия?»
Тот, чья походка заставила затрепетать мое сердце, повернулся, взял под козырек и отрапортовал: «Барбашов Петр Парфенович!» Только он не мог сразу меня опознать, а когда все же узнал, с радостью обхватил и чуть не удушил в своих объятиях, – вспоминает Леонид.
На три дня освободили братьев от службы, а командир части разрешил жить им эти дни в своей и без того тесной квартирке. Выдали сухой паек, пол-литра спирта. Но Петр категорически отказался выпить его.
– У солдата голова всегда должна быть трезвой, а это, – указал он на бутылку, – дурманит голову, что очень на руку нашему врагу.
Петр пригласил брата к себе в часть, здесь, порывшись в солдатском рюкзаке, достал книгу «Как закалялась сталь». Прочитав ряд выдержек из нее, произнес в раздумье: – «Вот так, братец, нужно жить».
Книга для Петра была повседневным спутником в жизни. Это она сделала его, не имеющего даже среднего образования, образованным и культурным, добрым, чувствительным к людям человеком.
– Книгу любить – значит быть настоящим человеком, – говорил он.
На второй день после встречи братья расстались, не успев даже попрощаться.
9 ноября 1942 года в самый, самый решающий период боя, пренебрегая опасностью, сквозь ливень вражеского огня Петр Барбашов вместе со своим подразделением пробрался в район укрепления немцев. Один за другим рушились вражеские опорные пункты, валились и уж е больше не поднимались солдаты и офицеры врага. Горстка храбрецов разгромила основной узел сопротивления. Этим был очищен путь для наступления наших частей.
Но вдруг загрохотал вражеский пулемет, укрытый в дзоте. Минута решала исход борьбы. И младший политрук Петр Барбашов, увлеченный единым порывом уничтожить и этого последнего фашистского мерзавца, бросился прямо на амбразуру и телом своим закрыл вражескую огневую точку. На выручку подошли боевые товарищи, но было поздно. Петр был мертв.
«...Так отдал свою молодую, прекрасную жизнь Герой Советского Союза, ваш сын, наш любимый боевой товарищ Петр Барбашов...», – писал в письме нашему отцу заместитель командира по политчасти.
П. БАРБАШОВ.
«Ленинец» № 79, 1 июля 1982 года