Стихи и песни Владимира Высоцкого

25 января - день рождения Владимира Семёновича Высоцкого - советского поэта, актёра театра и кино, самого популярного в народе автора-исполнителя своих песен. В.С. Высоцкий Одна из лучших песен В.С. Высоцкого о войне (он сам так считал) - "Песня о погибшем летчике". Причем, это одна из немногих его военных песен, о которой точно известно, кому она посвящена - летчику-асу Николаю Скоморохову и его погибшему другу Николаю Горбунову. Историю, о которой пойдет речь в статье и о которой поется в этой песне, Володе рассказывал его дядя-фронтовик - полковник Алексей Владимирович Высоцкий, который дружил с Николаем Михайловичем Скомороховым. По свидетельству известного польского актера Д. Ольбрыхского, Высоцкий хотел использовать эту песню в своем будущем фильме «Были летчики». Но не вышло. Песня исполнялась в спектакле Московского театра им. М.Н. Ермоловой «Звезды для лейтенанта » (1975 г.). Об этом сам Владимир Семенович не раз говорил в своих выступлениях: "В основу этой песни легли верные

Удивительная у Вадима Туманова судьба. Друг Высоцкого. Сидел при Сталине. Мыл золото на Севере. Шесть побегов из лагерей. Его артель добыла золота больше, чем любое предприятие отрасли в истории СССР. А в перестройку гонения на него были сильнее, чем при Брежневе: против Туманова был сам Горбачев, а помогли ему ненавидимый сегодня Егор Гайдар и его отец-адмирал Тимур. В молодости Туманов боксировал за сборную Тихоокеанского флота, и феноменальный удар не раз пригодился ему в жизни, вообще: умение давать сдачи спасало ему жизнь. Был краснофлотцем, летом 1945-го участвовал в войне с Японией. А в 1948-м, третьим помощником капитана парохода «Уралмаш», был арестован по 58-й статье — как сам говорил, «за любовь к Есенину». Так началась удивительная взрослая жизнь. В заключении сроки добавляли по уголовным статьям; по лагерям прокатилась «сучья война», в которой погибли тысячи. Туманова сломать не смогли: за семь лет — шесть побегов. Однажды при всех кулаком пробил кирпичную печь — чтобы док

Вы говорите, Папанов считал вас своим другом, однако при этом любите повторять, что у вас друзей нет. – Ну, были. Сейчас нету. Почему? Нет людей такого масштаба уже? – Неинтересно. Я трачу время на ненужные разговоры - ворчание, что сегодня плохо… Я не хочу на эту тему рассуждать… И так я всё вижу, я же не идиот. Поэтому мне неинтересно. Тогда был Юматов, тогда был Папанов, тогда была Мордюкова, Гундарева, личности. У них своя была жизнь, у меня - своя. Вот это переплетение давало какую-то третью сторону. А во времена учёбы тоже так было? – Я играл на гитаре, пел хорошо, "жарил" на баяне… Я знал более пятисот блатных песен. Ко мне на четвёртый этаж (424-я комната была) приходили, послушать «как Витя Мережко поёт». Девушек обольщали? – Конечно, ну не мальчиков же… Цыганщину пели мы… Тогда же были модные цыгане, Рада Волшанинова была такая… Мы были в гостях у Радочки. Она, по-моему, жива ещё (в настоящее время живёт в Майами, выступает с ансамблем «VIA Romen» – Е.Д.)… Блатные песни слуша

"Поделишься своей кралей?", - пьяно отрыгивая, наклонился над Володей посетитель ресторана. Высоцкий, хоть и был меньше на три головы, не стушевался. "Посиди, Люся", - сказал негромко, закатывая рукава рубашки. Семью Абрамовых считали чуть ли не образцовой. Коренные москвичи, потомственные научные сотрудники — высокообразованные, благородные, воспитанные. Отец, Владимир Аркадьевич Абрамов,