Игорь Ботоговский

Шестой год ухода за матерью с деменцией: почему любовь сменяется пустотой и как с этим жить

Ко мне пришло письмо от читателя, которое я перечитывал трижды. Не потому, что там были сложные термины. А потому, что каждая строчка дышала такой болью, что у меня перехватило дыхание.
Мужчина пишет, что ухаживает за матерью с деменцией шестой год. Отмывает фекалии, привязывает к кровати, силой вливает лекарства. Любви и жалости не осталось — только тело, которое нужно поддерживать. И самое страшное — он это осознаёт и чувствует вину. Сегодня я разберу эту ситуацию не как психолог, а как человек, который каждый день видит подобные истории. И отвечу на главный вопрос: нормально ли то, что вы чувствуете, и что с этим делать.

Черешня против таблеток: почему я не советую бросать милурит даже летом

Ко мне пришёл комментарий от подписчика, который искренне радовался, что за год приёма милурита добился нормы мочевой кислоты, а теперь, мол, и черешня поспела — можно и таблетки отставить. Я его прекрасно понимаю: лето, ягоды, анализы в порядке — рука так и тянется сказать «спасибо, доктор, я здоров».
Разбираем реальную ситуацию: мужчина на фоне терапии достиг целевых показателей мочевой кислоты и теперь хочет заменить препарат на черешню. Объясняю, почему это рискованная стратегия, что говорит доказательная медицина и как правильно использовать летние ягоды, не отменяя назначенное лечение.

Почему норма сахара 5,5 больше не работает: что говорят новые исследования

Ко мне пришёл вопрос от подписчика, который сдал анализ и получил 5,7 ммоль/л. Один врач сказал «всё в порядке», второй — «давайте перепроверим». И подписчик растерялся: кому верить?
Разбираемся, почему привычная норма «до 5,5» родом из середины прошлого века, а современная медицина смотрит на этот показатель иначе. Объясняю, что изменилось в диагностике, на какие цифры обращать внимание и как правильно интерпретировать свои анализы.

Восемь лет на тироксине: почему болят суставы, скачет давление и растёт вес

Ко мне пришёл вопрос от подписчицы, которая уже восемь лет живёт без щитовидной железы и принимает тироксин. И её состояние, судя по описанию, совсем не похоже на то, ради чего назначают заместительную терапию.

Метформин отменили из‑за почек: почему новый врач выбрал эводин

Ко мне пришёл вопрос от читательницы, которая больше пяти лет принимала метформин без единой жалобы на желудок — и вдруг новый доктор отменяет препарат и назначает другой. Знакомая ситуация?

Семьдесят лет против семидесяти трёх: что на самом деле определяет срок жизни поколений

Ко мне пришёл вопрос от подписчика, который заставил меня задуматься. Он уверен: те, кто закладывал здоровье в послевоенном СССР, проживут дольше нынешних молодых — потому что ели «натуральное» и не знали сегодняшней нервотрёпки. Я решил проверить это утверждение цифрами и фактами.

Онкологи составили список: 10 продуктов, которые лучше не держать в холодильнике

Ко мне часто приходят вопросы от подписчиков, которые искренне удивляются, узнав, что некоторые привычные продукты из их еженедельной корзины могут быть далеко не безобидными. И чем больше я изучаю эту тему, тем чаще сам пересматриваю свой рацион.

Фельдшер вместо терапевта: законно, экономно и… безопасно ли это для вашего здоровья?

Ко мне на этой неделе прилетел вопрос от подписчицы, которая зашла в кабинет к своему «участковому», а там сидела совсем не знакомая девушка в белом халате. И вместо привычного терапейта — фельдшер. Женщина растерялась: можно ли доверять свое здоровье человеку без «вышки»?

Справка пришла сама: как теперь оформляют инвалидность без участия пациента

Ко мне пришел вопрос от подписчицы, которая искренне недоумевала: как можно оформить инвалидность, если сам пациент в этом процессе не участвовал? Её муж лечился, ездил в Москву на обследования, а справка об инвалидности пришла как будто «сама по себе». Знакомая ситуация? Давайте разбираться.